oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

Состоявшиеся на все сто (рецензия)

Предисловие к рецензии

Сначала несколько слов о контексте рождения книги. Уникальность «Живого Журнала» в том и состоит, что здесь можно наблюдать вживую рождение разных проектов, включая новые книги. Написание глав в режиме непосредственного общения с читателями своего круга придает даже самому сложному тексту оттенок доверительной беседы. Наверное, так же в прогулках под соснами рождались диалоги античных философов, а теперь и тексты наших собственных «платонов и невтонов».
Впрочем, для замысла книги и его успешного воплощения, наверняка, имеет значение опыт наблюдения и участия автора многочисленных дискуссиях в ЖЖ, не только на темы загадок российской истории, но и по вопросам текущей политики. Этот современный опыт нельзя ничем заменить для понимания историком политических проблем прошлого.
Парадокс, но одинаково приятно увидеть в печатном издании и почти неизменные главы, и дополненные по результатам нашего обсуждения. То есть мы в ЖЖ изначально могли первыми прочесть полноценный текст, но при этом и наши соображения не оказались лишними. Еще приятнее увидеть свое имя в одном ряду с признанными корифеями науки и широко известными звездами «академического гламура». За это ответное спасибо.
Наконец, последнее предваряющее замечание: Конечно, очень любопытно и даже где-то азартно (пронесет – не пронесет) наблюдать за маневрами и кульбитами современных политиков. Однако никто из них сейчас не может иметь серьезной опоры в обществе, достаточной для настоящего переворота. Да, и рычаги они друг у друга в единоличное пользования отнять не могут. Если что – внешние центры силы не дадут создать такую монополию. Поэтому если нам и грозят потрясения и революции, то только культурные.
Ну, кто, к примеру, сегодня даже во Франции помнит «гражданина короля» Луи-Филиппа, лидера революции 1830 года? Разве что в виде карикатуры. А вот современные ему писатели составили действительному славу Франции. Больше помнят Тьера, но он свой авторитет нашел на ниве популяризации истории, а в политике его только расттерял.
Вот и у нас в России на наших глазах завершается фаза Реставрации и начинается стадия Культурной революции, когда интерес к культуре и истории намного превышает интерес к текущей политике. Появление рецензируемой книги не только соответствует текущему моменту, но и отчасти определяет его.

Николай Клёнов.
Несостоявшиеся столицы Руси: Новгород, Тверь, Смоленск, Москва. – М.: Вече, 2011. (Тайны Земли Русской)


Новый уровень системности

Иногда, чтобы вода в большом озере начала переливаться через край каменного завала, достаточно небольшого дождя или нового ручейка. Сам по себе ясно изложенный и очищенный от идеологических наслоений обзор сведений и работ историков, минимально необходимых для понимания истории рождения России, не является открытием и не содержит (причем принципиально) каких-то особенно смелых, ярких и вызывающих (даже в хорошем смысле) концепций. Однако именно по-настоящему системное и целостное изложение уже известных вещей дает совершенно новое качество восприятия и понимания.
Это новое качество я свидетельствую как профессионал в смежной области политологии и политической философии. Не могу назвать себя глубоким знатоком или даже любителем российских древностей, но все базовые факты из истории России XII-XVI веков мне известны. Однако целостного понимания значения всех этих фактов в рамках единой системы не было, а теперь есть.
Есть у меня и четкое понимание закономерности появления такой книги именно сейчас. Всему виной крушение эпохи «исторического материализма» с доминирующим и очень развитым естественнонаучным подходом, свободным от идеологий, и одновременно идеологическим табу на качественное развитие гуманитарных наук. С одной стороны, многие «физики» потеряли не только перспективы, но и интерес к прежним занятиям. На новом поприще им требовалось время для перехода количества непаханой работы в качественно новые результаты. Но эти новые результаты не могли быть достигнуты «лириками», привыкшими и ищущими идеологических костылей. Многие «лирики» ушли в другие сферы, отчасти освободив поляну для энтузиастов, вооруженных острым скальпелем разума, тренированного на очень сложных задачах математики или ядерной физики. Николай Кленов,  преподаватель МГУ - один из таких «ренегатов» в историки из  физиков.
Замечу, что практически все авторы, книги которых я рецензировал в своем журнале, относятся к этой категории. Первым в этой славной когорте следует назвать Льва Гумилева, чей естественнонаучный подход оказался плодотворен в исследовании «общественных организмов», переходных от доисторического к историческому развитию. Однако на ниве собственно истории Гумилеву особо похвастаться нечем, кроме еще одной, хотя и менее упрощенной версии «истмата». Тем не менее, спешу защитить Льва Николаевича (и от коллеги Клёнова тоже) – Гумилев дал оригинальный образец интерпретации истории как серии или системы взаимосвязанных процессов. Именно его популярные работы, опубликованные в конце 80-х, стали не только сильным ударом по идеологическим табу, но и временными подпорками для российской гуманитарной мысли.
Параллельно с Гумилевым свою оригинальную «кибернетическую философию» развивал другой физик, «который шутит», - Валентин Турчин. Разумеется, и он не смог пробить стену идеологической крепости, причем в вынужденной эмиграции в США – тоже.
Даже первый герой исторического гламура – математик Фоменко тоже с натяжкой может быть «условно досрочно» зачислен в эту когорту, поскольку тоже слишком рано вычислил обман Ватикана с догригорианской хронологией. Чуть бы позже, и компетентные органы уже не имели бы сил и средств, чтобы приставить к нему Носовского и дискредитировать огромными тиражами. Но тогда мало кто бы узнал про это негативное открытие.
Такой же сугубо рациональный и методичный, естественнонаучный по происхождению подход проявил Евгений Поляков в фундаментальном исследовании символического языка Библии. Наконец, радиофизик и лингвист-практик на специальной службе Альфред Барков внес большой вклад в теорию и практику постсоветского литературоведения, технически раскрыв ранее скрытые слои смысла (хотя и не все) в «Гамлете» Шекспира, «Евгении Онегине» Пушкина, «Мастере и Маргарите» Булгакова. Однако на этом примере легко увидеть и ограниченность применимости сугубо естественнонаучных подходов в гуманитарных исследований – можно вскрыть наличие тайнописи, но нельзя понять смысл без погружения в контекст и без освоения методов и подходов гуманитарных наук. Сразу замечу, что Н.Клёнов и его книга этого недостатка не имеет, научная и преподавательская работа на истфаке – это надежная школа.
Собственно, все это перечисление уважаемых (кроме Фоменко, разумеется) авторов нужно, чтобы понять в каком серьезном ряду состоявшихся авторов и книг я числю «Несостоявшиеся столицы» Н.Клёнова.
Это действительно качественно новый уровень системности в исследовании и изложении российской истории. Попробую дальше объяснить – почему?

Метод альтернатив
На первый взгляд, сама концепция книги выглядит не очень-то серьезной – в форме полемики или даже поддержки любителей «альтернативной истории». Что было бы, если Новгород подчинил себе Москву, а не наоборот, или попал в состав ВКЛ? Как пошла бы история, не будь Иван IV с его варяжскими генами запойным? И так далее. Для «серьезного историка» это вроде бы не комильфо, ибо законы истории не имеют иных наклонений, кроме императивного.
Однако одно дело неоткрытые законы истории, в существование которых я тоже верю, а другое дело – методы, с помощью которых эти законы или рабочие гипотезы можно поверить. Например, в той же математике популярен и почетен метод доказательства от обратного. Метод рассмотрения альтернатив на каждой из больших развилок (узлов) ранней российской истории позволяет выявить основные движущие силы текущих политических или политико-экономических процессов, как внутренние, так и внешние.
Не менее популярная у любителей альтернативной истории тема «иных столиц», «не-Москвы» неплохо подпитывается актуальной энергетикой социальной дифференциации. Поэтому в качестве заглавной темы на обложке очень даже годится. Но концентрация внимания последовательно на Новгороде, Смоленске, Твери с постоянным возвращением к Москве и обзором дальних альтернатив в Вильно, Казани и даже в Крыму – все это позволяет вычислить и обосновать моменты и места наибольшей энергетики исторических процессов в то или иное конкретное время.
То есть на самом деле за научно-популярной формой приобщения читателя к важным событиям истории России имеется фундаментальное содержание – описание системы локальных исторических процессов и исторических узлов («точек бифуркации»), а также центров влияния (Смоленск, Полоцк, Северо-Восток) и точек приложения этих сил (Киев, Новгород) – то есть выявление ролей основных субъектов.
Сделанное системное описание позволяет в дальнейшем выти на новый качественный уровень рабочих гипотез, как в плане детализации событий и процессов (интерполяция системного подхода), так и в плане изучения граничных условий и внешнего контекста (экстраполяции) исследованной системы отношений – откуда из исторических и психологических глубин проистекает именно такое течение событий, и куда оно впадает и почему именно так. Автор сделал попытки приблизиться к этим границам и даже перейти их в исследовании времени Ивана Грозного, но честно признал, что события этой эпохи не поддаются рациональной интерпретации по меркам предшествующей великой эпохи. А вот краткое описание предшествующей граничной системы Славиний очень даже неплохо, хотя тоже в рамках исследования одной эпохи нельзя получить исчерпывающие ответы о предшествующей, где действовали иные силы и центры, иные константы и переменные.

Принцип исторической правды

Клёнов при поддержке Иосифа Волоцкого очень хорошо сформулировал неформальный, но от этого еще более жизненный принцип легитимности самодержавной государственной власти в России. Легитимен тот царь, кто служит «правде», то есть общим интересам государства – элиты – народа, а не личным прихотям, частным интересам или абстрактной идеологии. Тем более что с помощью отвлеченной идеологии так легко манипулировать в частных интересах.
Это «принцип правды»  вполне применим и к служению научному, в истории тем более. Я более чем уверен, что талантливый и работоспособный автор мог бы быстро завоевать бешеную популярность (и большие тиражи), завести собственную клаку, а то и секту, отстаивая какую-нибудь завиральную, но красивую и злободневную концепцию. А уж подобрать факты и подогнать их под схему – дело техники.
Но, увы, нашему автору не грозит бешеная популярность и мировая известность как у Ивана Грозного. Его можно сравнить скорее с Федором Иоанновичем, служение которого было самым нескандальным, но и едва ли не самым плодотворным в нашей истории. Впрочем, и Алексей Михайлович Тишайший тоже подходит.
Наш же автор, вместо того чтобы брать пример с известнейших и многотиражных Резуна с Фоменко-Носовским, избрал ровно противоположную стезю – принципиального ухода от любых идеологических схем и односторонних концепций. Только строгое следование фактам и логике живого исторического процесса, а не логике внешних схем. Нет, с таким настроением концепцию родины слонов не продашь, и много денег не заработаешь.  Вот новых друзей и учеников приобрести можно.
Еще больше можно приобрести успешных соавторов, не спешащих указать на источники своих системных познаний, лежащих в основе смелых гипотез. Но думаю, все равно никто не откажет в малой доле справедливости в виде скромной цитаты и строчки в библиографии. Увы, но в традициях нашей академической науки по-настоящему пашущему этой скромной участи не избежать. В любом советском НИИ кто-то почитал за счастье иметь возможность работать над интересной темой, а много других защищало диссертации и выезжало на конференции.
Конечно, эпоха Интернета вносит коррективы, но не до такой степени. Причем не нужно думать, что это от злонамеренности. Просто качество книги такое, что вся системная концепция воспринимается легко и ненапряжно. Будущие авторы могут и не вспомнить, после чего у них сложилось такое понимание. Тем более что никаких скандальных зацепок для шумной дискуссии вокруг книги и автора нет и в помине.
Я думаю, что не только новые научные работы появятся на этой основе, но прежде всего новые популярные книги по российской истории, а также исторические романы и сценарии. Я уже замечал как-то автору в его ЖЖ по поводу одного из исторических очерков, что это готовый синопсис для книги или киносценария. Практически всю книгу о несостоявшихся столицах можно разобрать на такие же кусочки готовых синопсисов, которых хватит на целые сериалы.
Хотя, конечно, хотелось бы многие детали событий уточнить, разобрать поподробнее. Но это уже пожелание на будущее, для отдельных книг по каждой из заданных тем. Излишняя детализация испортила бы эту компактную книгу, охватывающую историческую эпоху в целом.

Немного мечт

Плодотворность заданного в книге похода проявляется в пробуждаемой при чтении фантазии творческого читателя. Поясню на собственном примере.
На мой личный взгляд, недостижимым пока образцом исторического романа является фантастическая трилогия А.Азимова «Академия и Империя». Понятно, что Азимову было относительно легко рисовать идеальный обзор абстрактного исторического процесса, но все же некие рамки и критерии он задал – последовательное общее описание экономических, технологических, социальных волн с психологической детализацией отношений вплоть до диалогов главных действующих лиц в узловые моменты.
Мне представляется, что благодаря Н.Клёнову мы приблизились к этому идеалу более чем наполовину. Читая начальные главы про превращение Славиний в систему княжих земель, я мечтательно представлял, как после эпизода сожжения Ольгой Искоростеня можно дополнить психологически достоверной картиной волны слухов и страхов, прокатившихся по славянским землям, необходимо ведущей к партизанской тактике и всеобщему бойкоту княжьей Руси. Отсюда уже как неизбежность следует единственный шаг по восстановлению авторитета и интереса к сотрудничеству – организация внешнего похода на самый богатый город Царьград. Тем более что лазутчики и болгарские проводники наверняка были.
И такие же психологически достоверные, технологически и экономически обоснованные реконструкции возможны для всех значимых эпизодов нашей общерусской истории.
И еще одна давняя научная фантазия вновь вспыхнула и согрела меня после прочтения той начальной части книги, где речь идет о системе Славиний как некоторой промежуточной форме «общественного организма» - уже не первобытно-племенной, но еще не вполне исторической, точнее цивилизованной. Скорее речь идет о племенной системе, модифицированной в результате тесного взаимодействия с уже существующей римской цивилизацией.
Такими же промежуточными формами были германские племена на военной службе у Рима, из модифицированной иерархии которых вырос европейский вариант феодализма. Вокруг восточной (преимущественно торговой) части Pax Romana возникла другая модификация племенной организации с пиратской или контрабандистской, или сервисной специализацией. Не случайно балканские княжества, представленные свободе, быстро вырождались в большие «малины».
Однако между западной и восточной сферой влияния двух частей Римской империи по горным массивам вдается клин, в котором влияние силового и торгового блоков уравновешено. Именно на этом направлении местные или пришлые племена могли приобщиться к цивилизации, сохраняя в целом культурную идентичность в виде баланса между силовым и торговым сословиями внутри себя, подчиненных общим интересам.
Где-то в этом направлении стоит искать корни не только Славиний, но и тех отношений между обществом и властью, которые на основе этих Славиний возникли.
Впрочем, дальнейшие рассуждения в эту сторону, как и попытки дать иные обоснования возникшей при Иване Грозном «антисистеме» выходят за рамки этой рецензии, но не этого ЖЖ.

В завершение хочу поздравить автора с удачной книгой, пожелать нас порадовать новыми опусами здесь в ЖЖ и в печати. А всем друзьям советую не опоздать с заказом книги на ОЗОНе.ру, а то тираж всего три тысячи.
Tags: Кленов, Московия, историософия, рецензия, теория
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • «Здравствуй, … – новый год»

    Как известно, глобальная финансовая элита издревле празднует свой новый год осенью (в этом году – с 6 на 8 сентября)). После этого, с 1…

  • После Бала (47)

    47. В историю – болезни ( начало, предыд.глава) Еще и еще раз повторим поговорку: Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. В…

  • Такое кроткое лето

    Как и было сказано, никаких особо значимых событий за август не случилось, если не считать давно запрограммированное трэш-шоу в аэропорту Кабула.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments