oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

Корни и крона психологии (20)

20. Между нами, интровертами
(начало, предыд.)
Обсудив экстравертов с нашей философской точки зрения, придется сказать и «б». После иллюстрации экстраверта в лице Портоса никуда не уйдешь от столь же яркого образа Атоса. Вот уж интроверт! Все классические признаки интроверта налицо: спокойствие; застенчивость, маскируемая таинственностью; замкнутость в узком круге близких друзей; заблаговременное планирование действий; порядок во всем и чувства под контролем. Типичен также уход интереса к другому полу из практической в сугубо теоретическую плоскость. Однако при всей яркости интровертных характеристик никто не усомнится в полной нормальности, то есть достаточной амбивертности этого типажа, не отказывающегося от участия в приключениях. Лишь бы не скучать.

Так же не трудно оценить Атоса по девятизначной шкале эннеаграммы ‑ типичный Наблюдатель (иногда даже Мыслитель). Среди признаков: энциклопедичность познаний о предмете наблюдения ‑ политической элите; способность так же быстро порвать связи с очередным собеседником, как и легко войти в контакт; готовность дать глубокие ответы и советы всем обратившимся без желания убеждать и так далее.

При обсуждении психологии Атоса не может не возникнуть соблазн дать двойной портрет с Миледи. Это как раз тот случай, когда две очень пассионарных личности сначала мощно притягиваются из-за общих интересов и почти одинакового баланса интуиции и амбициозности. После максимального сближения в циклотроне юношеского увлечения две одинаково заряженные частицы столь же мощно отталкиваются друг от друга ‑ один в сторону интуитивного и интровертного Севера, другая ‑ к чувственному и амбициозному Югу.

Только эти направления и без этого были заданы изначально судьбой ‑ как психотипом, так и социальным окружением. Атос еще в детстве насытился до упора повседневной провинциальной амбициозностью высокородной родни, прячась от нее в богатейшей библиотеке родового замка. Оттого и нафантазировал себе еще более высокие и потому несбыточные в этом мире амбиции. Миледи, похоже, росла в среде горожан, изредка вхожих в элитные дома ‑ может быть, воспитывалась в доме священника, как всем известная Марта, ставшая Екатериной. Скорее всего, амбициозность была впитана вместе с молоком такой же, но беспутной красавицы с фантазиями о высокородном любовнике. Но это все лирика и беллетристика, способные увести далеко от нашей цели.

Нас в этой яркой иллюстрации интересует только возможность новых философских обобщений с органичной опорой на ранее выстроенные конструкции. Любовная история Атоса, хотя и обрисовано нарочито выпукло на потеху публики, остается типичной для всякого философа или глубокого писателя. Как советовал Сократ будущему философу в изложении того самого барона: «Обязательно женись!» Кстати, Дюма в предисловии к «Трем мушкетерам» намекает на сходство с графом де ла Фер как автором рукописи. Так что есть в судьбе Атоса что-то автобиографичное, и вряд ли это военная служба. Впрочем, я и сам как философ могу подтвердить правдивость цитаты Мюнхгаузена.

Итак, первый промежуточный вывод из любовной истории Атоса: вовсе не миледи была виной его интровертного затворничества и интуитивной философичности. Скорее, наоборот: молодые люди стали друг для друга всего лишь поводом и трамплином для разрыва с родительской средой, уходом на предуготовленный личной судьбой путь. Да, юный философ получил долю неземного удовольствия, спроецировав на пассионарную красавицу умозрительные фантазии, которым та с таким же удовольствием подыгрывала. Однако при этом мудрое подсознание точно знало и рассчитывало на неминуемый разрыв и глубокий стресс при этом, как необходимый этап на пути будущего философа. Вот от этого психологически достоверного эмпирического обобщения и будем отталкиваться.

Зачем нашему интроверту, будущему философу требуется по жизни такой стресс? А как вы думаете, был выстроен в ходе эволюции механизм долгосрочной и наследуемой памяти? Предположим, все в нашей жизни идет своим путем, весну сменяет лето, за юношескими играми следует законный брак, за ним опять череда ежедневных дел, перемежаемых традиционными праздниками. Нужно ли организму при такой счастливой и безбедной жизни тратить излишнюю духовную энергию на перевод этой череды образов похожих дней в долгосрочную память? Зачем, если события каждого дня и так следуют прошитой в наследуемой памяти традиции?

Впрочем, даже в счастливой Аркадии периодически случаются горести ‑ неурожаи, болезни, смерти и даже набеги соседних племен. Стрессы неизбежны, но и они учтены традицией, наследуемой памятью поколений: «Что было, то и будет». Хотя даже в этом случае знакомый для подсознания стресс, его образ служит ключом для интуитивного обращения к коллективной памяти. Не обязательно этот интуитивный поиск делает сам пастушок, растерявший стадо или получивший резкий отказ сразу от всех пастушек. Для таких случаев в аркадиях есть свои интроверты ‑ шаманы, жрецы. Однако заметим, что именно стрессовая ситуация становится причиной такого запроса на поиск ответа в глубинах коллективного бессознательного.

Что же будет, если образу стресса не найдется полного соответствия и шаман не сможет дать готовый ответ обществу, куда бежать и к чему готовиться? Впрочем, какой-то примерный ответ или даже несколько найдется - один жрец скажет одно, второй ‑ другое, так что общество начнет волноваться. И для самих жрецов, шаманов, старейшин ‑ это будет тоже стрессом. Так что образ стресса, бывший сначала поисковым запросом ‑ сам сохранится в долгосрочной и наследуемой памяти. А шаманы, жрецы, ну или в наше время философы будут и дальше, иногда из поколения в поколения этими не отвеченными вопросами мучиться, спорить, выстраивать конструкции ответов на вызов времени.

Согласно этнографическим наблюдениям, отбор соплеменников на роль будущего шамана тоже происходит по особым признакам. Как и социальная инициация шамана, жреца проходит иным способом, чем инициация обычного бойца. У нас в цивилизации тоже инициация для призывников и абитуриентов ‑ разная, по крайней мере ‑ раньше была. Тем не менее, обычные соплеменники, не только интроверты-шаманы обязательно для развития и взросления должны пройти через стресс той или иной инициации. Только так можно в юношеский двойственный период получить символический ключ к запасам внутренней духовной энергии.

Более того, похожие, пусть и менее жесткие стрессы и следующие за этим кризисы необходимы личности и ранее, на детских стадиях развития. Интересующимся детской психологией должен быть знаком наглядный и жесткий эксперимент, который известный психолог-гуманист Ж.Пиаже провел над своей маленькой дочерью. Супруги Пиаже договорились быть гуманными и не наказывать малышку, даже если она нарочно провоцировала наказание. В результате девочке пришлось самой дофантазировать не только нарушение правил, но и самой представить в лицах, как родители ее отругали, после чего, наконец, расплакаться и получить от этого некоторое удовлетворение.

Стресс, необходимый для доступа личности к внутреннему источнику развития ‑ наследуемой памяти, был все равно предъявлен при помощи этого самого источника. Только вот вывода из этого эксперимента психологи так до сих пор и не сделали или сделали вывод, продиктованный не логикой и здравым смыслом, а картезианской установкой гуманистических социальных наук о личности как чистом листе. В результате этой установки теории о «бесстрессовом воспитании» внедрялись и до сих пор работают в западных обществах. Это не может не вести к снижению общего уровня пассионарности, рождаемости и упадку цивилизации. Хотя власть предержащие какое-то время могут быть спокойны насчет отсутствия конкуренции со стороны новых поколений. Впрочем, «болонская система» и западный стандарт ЕГЭ нужны для этого же ‑ для бесстрессового воспитания внушаемых и ведомых экстравертов, «квалифицированных потребителей». Притом что не нужно быть философом, чтобы понимать значение вузовских сессий и связанных с ними стрессов для перевода усвоенных понятий в долговременную память студентов. Как и такое же значение стрессовых учений для военных.

Однако вернемся к нашим философам. Если даже простым экстравертам ‑ пастухам и пастушкам для нормального развития и доступа к «личным небесам» нужны кризисы и стрессы. Согласитесь, что тогда для интровертов-философов, функция которых ‑ это, как раз, постоянная работа с содержаниями, символикой коллективного бессознательного стресс инициации должен быть еще более жестким, почти кошмарным. И не только в узле инициации, но во всех больших узлах надлома личности, и особенно в период кризиса среднего возраста. Похоже, трилогия о мушкетерах все эти кризисы и описывает.

Нормальная личность обязательно имеет интровертную составляющую, которая, похоже, связана именно с психической функцией интуиции ‑ то есть работы с образами коллективного бессознательного, наследуемой памяти. Другое дело, что нужно различать четыре психологические функции и отвечающие за них четыре ипостаси личности - то есть автономных комплекса, включая творческий (интуитивный). Каждая из трех других ипостасей («плоть», «душа», «дух») имеет такую же четырехчастную структуру, включая деятельную, эмоциональную, созерцательную интуиции, в норме работающие с ветвями творческой ипостаси.

Три личные ипостаси могут работать с надличными ипостасями и содержаниями только через «врата» творческой ипостаси, специализированной на поиске и переводу в сознание подсознательных образов и сюжетов. То есть в норме каждая из трех личных ипостасей имеет и экстравертные, и интровертную функцию, а кроме того подключается четвертая, всегда интровертная ипостась. Наполнение ведущих ипостасей и функций психической энергией тоже идет через эту связку с творческой ипостасью. Так что все нормальные личности являются именно амбивертными, когда интровертная активность интуитивных ветвей не выходит за рамки обеспечения активности экстравертных функций. Более того, интровертная активность взаимодействия с надличными субъектами происходит, как правило, во время сна, так что бодрствование остается преимущественно экстравертным.

Ярко выраженные интроверты вроде Атоса, они же «творческие личности» ‑ наоборот, внешнюю экстравертную активность ставят на службу интуитивной работе с внутренними образами. Кроме того, для поиска в глубинах подсознания, для общения с надличными ипостасями для таких философов или художников недостаточно одних лишь ночей и сновидений. Оперирование с понятиями и символами требует их перевода из подсознания в сознание, то есть бодрствования наедине с собой. Иногда для того, чтобы изолировать эти сны наяву от слишком общительных друзей, приходится разрушать социальные связи, например, уходить в запой, как Атос. Ну и минимум экстравертной траты энергии на повседневное общение со слугой Гримо ‑ тоже фирменный стиль философа.

Конечно, было бы интересно, как и в прошлой главе, обсудить также варианты патологической интроверсии ‑ все эти шизоидные расстройства, аутизмы. Но мы и так уже утомили читателя нормальной интровертностью сверх нормы. Кроме того, здесь есть над чем лишний раз поразмышлять.

Продолжение следует
Tags: Дюма, Юнг, мыслитель, психология, философия
Subscribe

  • Просвеченная закулиса

    На мировой политической сцене летний антракт – перестановка реквизита туда-сюда, местами идет подновление обветшалых декораций. Сквозь…

  • «В час небывало жаркого заката»

    Не очень интересно комментировать очевидные для себя вещи и события, особенно после ранее сделанных прогнозов. Разве что в былые дни от…

  • Как фанера над Бобруйском

    Инцидент с управляемым спуском минского «засланного казачка» с европейских небес на родную землю, безусловно, является знаковым…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 24 comments

  • Просвеченная закулиса

    На мировой политической сцене летний антракт – перестановка реквизита туда-сюда, местами идет подновление обветшалых декораций. Сквозь…

  • «В час небывало жаркого заката»

    Не очень интересно комментировать очевидные для себя вещи и события, особенно после ранее сделанных прогнозов. Разве что в былые дни от…

  • Как фанера над Бобруйском

    Инцидент с управляемым спуском минского «засланного казачка» с европейских небес на родную землю, безусловно, является знаковым…