oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

Тысячелетие вокруг Балтики (29)

29. Неочевидные параллели
(начало, предыд.)
Теперь у нас имеется отчасти (по двум ветвям) детализированная разметка 4 и 5 стадий основного процесса (общерусского Подъема). Есть с чем сравнивать события в правой русско-балтийской ветви XIII-XIV веков, догнавшие и опередившие по фазе развития. А еще можно и нужно начать проводить параллели с германским Подъемом и его балтийской ветвью. Начнем с прояснения явных недоразумений в предыдущей попытке таких параллелей.

Конечно, правая балтийская ветвь имеет намного больший вес в правой глобальной ветви германского Подъема, чем в русской истории. Но не до такой же степени, что биографии полоцких и литовских князей теряются в тумане, а германские короли из Саксонской династии становятся легендарными императорами. Поэтому есть смысл поискать в русской истории более близкий аналог княжеской династии, имевшей в начале XIII века отношение и к балтийской ветви, и к великокняжескому столу в Киеве. Такой ветвью Рюриковичей-Мономаховичей являются смоленские Ростиславичи.

Мы уже отмечали, что в рамках 3 стадии основного русского Подъема (1113-1240) политическая роль и судьба Смоленска очень похожа на роль родственной кривичской Твери на 3 стадии российского Подъема (1318-1392). Такая же двойственная политика, опирающаяся на тесную связь с политически единой славянской землей, но при этом контроль торговых путей и успешная мобилизация ресурсов направлены не на укрепление и расширение изначального ядра, а на продвижение вверх по статусной лествице княжеских кормлений.

На уровне ветвей великорусского политического центра воинственной Твери противостояла коварная охранительская Москва, а Суздаль поддавался то тем, сохраняя контроль за торговыми путями. Так же и двумя веками ранее смоленские князья были правой ветвью общего политического центра, противостоящей владимирской ветви Мономаховичей, к союзу с которыми склонились в итоге черниговские Ольговичи.

Какое отношение эти разборки на высшем уровне вокруг Киева имеют к правой балтийской ветви? Мы уже не раз замечали главную особенность полоцкой политики - необходимость двойного ключа (внутреннего и внешнего) для получения главного стола в Полоцке. Во-первых, это должен быть свой князь, потомок Рогнеды, чужаков здесь не терпят. Во-вторых ‑ его лидерство определяется поддержкой внешней силы, контролирующей днепровский торговый путь, без которого двинский не имел смысла. Такой принцип политической организации нагляднее всего виден на примере обычной армии, как государства в государстве. Там тоже командующие все из своей, военной среды, однако стать командующим можно только по воле внешнего для армии политического центра. И в этом внешнем центре есть сопряженная с армией отдельная правая ветвь, включающая Совбез, Минобороны и другие институты.

Интуитивно понятно, что когда основной политический центр распадается в узле 3/4 (или 13/14) на четыре части, то и правая ветвь тоже соответственно разделяется, ориентируясь на разные внешние центры. (Опять же, как армия в случае политического раскола и гражданской войны). Так что из этих обобщенных соображений узел R3/4 практически совпадает с узлом 3/4 Подъема, может быть ненамного запаздывая. Так же и узел 13/14 Надлома совпадает с такой же сменой центра и «горизонтальным» расколом правого исполнительного контура управления.

Такой «горизонтальный раскол» или даже каскад таких расколов в узлах 13/14 Смены центра произошел, например, в течение XI века во всемирно-историческом масштабе (Великий раскол меж двух Римов и формирование поэтому прообраза отдельного третьего). Этот большой узел сопряжен со Сменой центра и расколом в правом, исполнительном контуре (западно-римском): приближенные к первому Риму элиты раскололись на проимперских (будущих гиббелинов) и пропапских (будущих гвельфов). Поскольку первый цикл общегерманского Подъема проходил в контексте и при решающем влиянии западного латинского контура греко-римской цивилизации, то и германский большой узел 3/4 так или иначе связан с романским большим узлом 13/14.

Можно попытаться найти параллели двух узлов 3/4 русской и германской истории. Однако эти параллели не будет прямыми и наглядными, поскольку формы и масштабы политических институтов определяются внешним историческим контекстом. Правая германская ветвь глобального Подъема сильнее связана с предварительной четвертью всемирно-исторического Надлома, проходит в его контексте. В то время как русская осевая ветвь полностью формируется за пределами греко-римско-левантийской Ойкумены.

Это различие тем сильнее во второй половине 3 стадии, когда наблюдается отмеченное еще А.Тойнби движение «раскола и палингенеза». После узла 3.16/17, он же узел 20/21 Раскола для всей первой четверти Подъема расколотые элиты возвращаются к «исконным» идеологическим формам поддержания единства и легитимности. Причем для разных частей первоначальной элиты Подъема эти «исконные» идеи и формы ‑ разные. Так, для осевой ветви Северо-Восточной Руси в конце XII века характерен палингенез ситуации на момент призвания Рюрика ‑ договорные отношения Новгорода с князьями и наличие собственных автономных князей в автономных славянских землях. В то же время для южной ветви (причерноморской) происходит палингенез похожих «славиний» на юго-западе, в Галицко-Волынской Руси и возрождение влияния степняков на юго-востоке, вплоть до воссоздания нового гегемона - кочевой империи на месте Хазарии.

В той же фазе германского Подъема (конец X века) раскол франкской элиты тоже ведет к разным палингенезам. На севере, в правой балтийской ветви воссоздается система родственных франко-саксонских герцогств, и их устройство масштабируется на всю Германию. Родовая знать выбирает короля Германии для ведения внешней политики, включая добывание титула императора в Риме.

В этот же период (Х век, вторая половина общегерманской 3 стадии) в западных и южных германских королевствах происходит палингенез политической структуры «варварских королевств» поздней западно-римской империи. Главная возрожденная идея - сочетание пришлой (франкской) военной аристократии во главе королевств с опорой старой романской знати на церковь и бюрократию. По примеру старой знати и новые самопровозглашенные аристократы (бароны, графы и герцоги «божьей милостью», как нормандцы) обезопасили от экспроприаций значительную часть родовых земель и богатств, поместив их в свои частные аббатства и городские храмы. Таким образом, в левой германской ветви (Франция, Нормандия, Бургундия) под влиянием старой и новой торгово-пиратской аристократии создается необходимый баланс сил военной аристократии и формируемой в ходе «клюнийской реформы» церковной вертикали.

Как и в русской параллели, юго-западная левая ветвь германского Подъема опережает по фазе и становится локомотивом «феодальной революции» XI века. Можно долго спорить насчет значения и веса конкретных стимулов. Главным обобщенным фактором этой социально-политической революции было именно возрождение сбалансированной политической структуры вследствие роста оборотов торговли в западном Средиземноморье и на франко-нормандских западных морских и речных путях. Плюс острая конкуренция на рынке предложения вооруженной защиты между германскими, нормандскими, пиренейскими феодалами, а также мирским ополчением вокруг аббатств и городских храмов. В свою очередь эта конкуренция стимулировала отбор устойчивых форм организации, ограничивающих дробление вотчин при наследовании или исключающих само наследование для церковной знати.

Исследовать детали этой западноевропейской «феодальной революции» - не наше дело. Нам для общей разметки масштабных исторических процессов достаточно обобщенных оценок. Так, для рубежа II тысячелетия вполне очевидным обобщением является раскол общегерманского политического пространства на четыре части (ветви) с разной политической структурой. Баланс военной и церковно-бюрократической иерархии в левой ветви мы только что описали. В немецкой правой ветви, как мы уже отметили, основу политической структуры формирует военно-феодальная иерархия, все прочие сословия (церковное, бюргерское, крестьянское) подчинены и встроены в единую «вертикаль». Что не исключает, а скорее наоборот подталкивает феодалов к постоянному выяснению отношений на всех ступенях этой вертикали.

В итальянской части германской империи, где третейская ветвь преобладала над военными и торговыми элитами, возрождение древнеримских идей и форм достигло высокой степени понтификата (совмещения светской и религиозной власти) папы римского, избираемого курией кардиналов по примеру римского Сената. Опираясь на символический капитал христианства, вполне можно стимулировать расколы и споры между военными элитами по поводу контроля торговых путей, и выступать арбитром в свою пользу. Как раз на рубеже тысячелетий, в том числе из-за ожиданий очередного «конца света», созрели условия для формирования отдельной третьей ветви германского Подъема в лице крестоносных религиозно-рыцарских орденов.

Наконец, осевая ветвь сформировалась на противоположном от левой французской ветви австрийском стыке немецкой и итальянской ветвей. В этой части политического пространства присутствуют сбалансированные интересы и формы всех трех ветвей. Однако, в отличие от других ветвей доминирует политический центр, относительно свободный от давления одного из трех сословий. Немецкие военные и латинские попы, как и городские ремесленники с обеих сторон подчинены королевской вертикали при сохранении собственных политических мифов и этнических традиций основного населения Чехии, Польши, Венгрии, Каринтии. Да и Австрия управляется на иных политических принципах, нежели немецкие герцогства и королевства. Хотя бы потому, что австрийским герцогам приходится противостоять этнически сплоченным соседям. Имперский центр опирается здесь не на военно-феодальную вертикаль, как в Германии, а на систему политических союзов (взаимных сдержек и противовесов).

Таким образом, одна из самых обобщенных параллелей германского Подъема в XI веке и русского Подъема в XIII веке ‑ разделение политического пространства на совсем отдельные ветви нами найдена. Еще одна столь же обобщенная параллель связана с активным вовлечением торгово-пиратской левой ветви в геополитический процесс всемирного, межцивилизационного уровня. Как в XIII веке причерноморская торговля и политика оказалась вовлечена в масштабные ордынские дела Великого шелкового пути, так и в XI веке франко-нормандская охрана западных торговых путей оказалась вовлеченной в арабо-римо-византийские интриги всего Средиземноморья и, как следствие, в орденские дела крестоносцев.

Попробуем теперь провести более конкретные параллели между узлами и стадиями второго политического цикла (активной четверти) германского и русского Подъема. Пик Подъема (узел 10/11) мы в прошлый раз (в 24 главе) привязали к 922-23 годам, недолгому правлению Роберта, второго из парижских графов, ненадолго оттеснившему Каролингов на западно-франкском троне.

Практически одновременно происходят столь же недолгие исключения из поздних каролингских правил престолонаследия в Германии. Саксонский герцог Генрих I Птицелов, получив королевскую власть из рук франконской династии, не спешит признавать право церкви короновать монархов, но назначает архиепископа своим подчиненным первым министром. Это для того, чтобы получить признание всех прочих германских герцогов по исконным саксонским правилам, утверждающим доминирование военной аристократии над остальными сословиями, включая церковь. Хотя именно ведущая третейская роль церкви проявилась во взаимных уступках сначала саксонских князей в пользу франконских, а затем наоборот. Вместе с «горизонтальным» расколом церкви на подчиненные герцогам епархии ‑ налицо признак узла 2/3 немецкой ветви.

Тогда же баварский герцог Арнульф Злой тоже ненадолго возглавляет демарш немецкой знати против Генриха I, и в итоге Бавария получает особый автономный статус - лояльный германскому королю внутри немецких земель, но с полной свободой внешней политики на восточном направлении. Этот принцип становится системообразующим для политической организации многочисленных «восточных марок», будущей Австрии. Скорее всего, это и есть узел 0/1 для австрийской осевой ветви.

Таким образом, в очень короткий исторический период в разных частях поздней Каролингской империи проявляются разные политические правила взаимоотношений правящей династии с другими династиями высшей знати. Причем проявлены те самые политические тренды, которые позже в период феодальной революции XI века станут основными в этих разных ветвях Германского мира. Это синхронное проявление будущих системных трендов в форме антисистемных демаршей и мятежей ‑ и есть главный признак узла 10/11 Пик Подъема для очередного политического цикла. Например, в российской истории таким узлом был период междуцарствия в конце 1825 года, предвосхитивший революционный ХХ век.

Теперь попробуем оценить, когда военно-аристократическое сообщество германского Подъема прошло свой феодально-революционный период ‑ большой узел 3/4. Интуитивно понятно, что этот горизонтальный (территориальный) раскол на отдельные соперничающие ветви должен произойти не позже общего раскола всей политической элиты Европы в узле 13/14 всемирной истории (1054-99). Без раскола военного крыла элиты невозможно утратить общее единство. Раскол европейской элиты стал явным уже к концу правления (1056)императора Генриха III. В тоже время в начале его единоличного правления (1039), как и при его отце Конраде II, раскол между королями Франции и Германии, а значит и других частей еще не проявился открыто. Хотя пресечение Саксонской династии, избрание Конрада и последовавший кризис престолонаследия в Бургундии (1032-33, 3.20/21=4.10/11) сформировали начало кризисного большого узла 3/4.

Завершение узла 3/4 германского Подъема так или иначе связано с правлением Генриха III. Хотя бы потому, что именно этот король Германии, чтобы сохранить корону Бургундии, стал активным проводником Клюнийской церковной реформы как движущей идейной силы европейской феодальной революции. Символом успеха этого движения как раз и стало наведение порядка в Риме с разгоном сразу трех конкурирующих итаьянских пап и поставлением немецкого духовника германского короля папой Климентом II.

Одновременная имперская коронация Генриха III дополняет символику завершения формирования нового феодально-революционного центра (25.12.1046). Это узел 13/14 внутри 4 стадии, но в порядке каскадной Смены центра для всей второй четверти Подъема узлом 13/14 будет смена политического режима с рукоположением папы Льва IX.. С завершением реформы третейского центра поддержанного аббатом Клюни и монахом Гильдебрандом сформировалось центральное ядро феодальной революции и будущей крестоносной экспансии, начавшейся с похода на византийско-норманнский юг Италии.

Вторая половина европейского XI века - это дважды активная 4 стадия острой конкуренции расколотых ветвей и подветвей германской аристократии. В каждой из ветвей проявляются противоречия с имперским центром, опирающимся на центральные части всех ветвей (Италия, Бургундия, Бавария) и на противоречивую восточную периферию (Чехия с Польшей, Австрия с Каринтией, Венгрия).

Причиной всех противоречий стало, как и в 3 стадии общерусской истории, перепроизводство военной аристократии вследствие развития торговых путей и роста богатства, необходимость ограничения междоусобицы и усиления третейской власти для поддержания баланса между военными и торговыми интересами. Третейский контур цивилизации и соответствующая ветвь Подъема необходимо заимствует формы и методы у предшествующей родительской цивилизации. Так Римская церковь с опорой на выстроенную «клюнийскую вертикаль» возрождает правовые формы позднеримской бюрократии. Тогда как для русской истории третейская ветвь вынуждена опираться на правовые формы и методы развитой кочевой империи ‑ наследницы Хазарии как позднего варианта Великой Скифии. Тем не менее, при всей внешней несхожести соотношение функционально схожих ветвей развития и контуров политического управления в одинаковых фазах повторяется.

Завершение быстрой 4 стадии междоусобиц и переход к активно-конструктивной 5 стадии связан с канализацией военно-аристократической пассионарности вовне. Для Германского мира как правой, аристократической ветви глобального Подъема эта внешняя экспансия выражена сильнее - в форме личного участия рыцарей. Для общерусской истории в той же фазе речь идет, скорее, о мобилизации экономических ресурсов в интересах внешних войн Золотой Орды и необходимости для русских князей конструктивно договариваться между собой ради минимизации издержек и контроля торговых путей. Такая же необходимость диктовала переход к конструктивности немецких, французских, итальянских князей, по меньшей мере, в пределах своих ветвей. Соответственно, узел 4/5 германского Подъема лежит где-то между началом Первого Крестового Похода (1097) и Вормским конкордатом (1122), который закрепил уже сложившееся в ходе Крестового похода соотношение сил и сфер влияния. Уточнить сможем по мере более детального анализа для каждой из четырех ветвей.

Эпоха Крестовых походов (1096-1272) составляет основное содержание общей внешней политики Германского мира на 5 и 6 стадиях. Однако, Шестой Крестовый поход (1228-29) императора Фридриха II Гогенштауфена и проявленные противоречия с третейской властью папы Григория IX ‑ делят эту эпоху на две непохожие стадии. Политическая фигура Фридриха II, его отношения с церковниками и восточными царями во многом схожи с такими же противоречивыми приключениями Дмитрия Донского. После конфликта с третейской ветвью (рыцарскими орденами) происходит централизация имперского домена, с одной стороны, и автономизация правой ветви. Разграничение сфер влияния закреплено в Вормсском (1232) и Майнцком статуте (1235, узел 5/6). Пока это тоже предварительная разметка, требующая уточнения при детальном анализе ветвей.

Возвратимся к началу главы и вопросу о роли смоленских Рюриковичей, а затем твреских князей, как правой ветви протоимперского центра Руси, и аналогичной роли немецких династий в германо-романской протоимперии. Теперь с учетом этой параллели можно увереннее утверждать, что в начале 4 стадии политический центр расколотой правой (балтийской) ветви имеет лимитрофный характер и лежит отчасти вне этой ветви, на пересечении с центрами осевой и левой ветвей. До раскола в узле 3/4 (1240) центром правой ветви была связка Смоленск-Полоцк, после раскола будут две связки Вильно‑Тверь и Краков-Львов. Также и немецкие князья раскололись на гиббелинов и гвельфов, ориентированных на разные внешние для Германии центры.

Продолжение следует
Tags: 4 стадия, 5 стадия, Германия, Русь, параллели
Subscribe

  • Не сдавайся, вечнозеленый!

    Перекрытие Суэцкого канала на неделю, минимум – событие глобального масштаба не только из-за многомиллиардных убытков и вынужденного…

  • После бала (44)

    44. Про ванную ( начало, предыд.глава) «Это – белее лунного света, Удобнее, чем земля обетованная…»…

  • «Это праздник какой-то!»

    Еще раз мои поздравления и аплодисменты! В прошлый раз год назад стоя аплодировал найденному банкстерами способу уйти от ответственности за кризис и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments