oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

Корни и крона психологии (26)

26. «Царь или не царь… в голове»?
(начало, предыд.)
Даже при солидном обосновании четырехчастной фрактальной модели психики нужно иметь в виду возможность разных вариантов ее реализации. По идее, интуитивная ипостась через свои три коммуникативные функции (мыслительная, чувствующая и ощущающая) может быть связана с тремя личными или надличными ипостасями 8-ю разными способами. Это ‑ если деятельная (мыслительная) функция связана всегда с деятельной ипостасью, и другие две ‑ соответственно.

Однако мы пока не знаем, может или нет, скажем, чувствующая функция интуитивной ипостаси сопрягаться с интуитивной функцией деятельной или духовенской ипостасей. Если могут, тогда вариантов конфигурации будет уже 48 (6 х 4 х 2 вариантов для сопряжения интуитивных функций). Это число более соответствует разнообразию психотипов, хотя сама схема возможной связи всех со всеми выглядит спекулятивно.

Кроме того, не следует исключать и гипотетические варианты, когда три внешние, не интуитивные личные ипостаси подключаются к надличным ипостасям «коллективного бессознательного» не через интуитивную ипостась (под контролем «царя в голове»), минуя это личное «Я». В таком «сепаратном» от личного «Я» контакте с надличным «внутреннейшим» можно в отдельных случаях заподозрить духовенскую ипостась, генетически (в антропогенезе) бывшую в паре с интуитивной. Внешне такие случаи могут проявляться в признаках истерии или шизофрении.

Поэтому нам нужно продолжить изучать испытанные практикой эмпирические схемы, чтобы с учетом наших представлений о психологическом антропогенезе выбрать из всего абстрактного набора работающие варианты. Современные эмпирические схемы (юнгианские и эннеаграмма) ‑ мы почти исчерпали как источник обобщений. Оставшиеся популярные типизации вроде «Human Design» выглядят спекулятивной компиляцией из древних, но отчасти работающих эмпирических систем. Скорее всего, под «откровение» закамуфлирована упрощенная версия майянского «гороскопа».

С какого эмпирического конца нам зайти для нового уточнения четырехчастной модели, вариантов ее конфигурации? Наверное, можно обратить внимание на то, что в майянской модели тоже есть четырёхчастное деление. Там психотип имеет два знака, например - «Гроза в Восходе» или «Ночь в Ночи», указывающие не только на одну из четырех психических функций по «сторонам света» (север ‑ интуиция, восток ‑ ощущение, юг ‑ чувство, запад ‑ деятельная мысль).

Все 20 знаков разделены на пять циклов по четыре, и каждый цикл указывает еще на некую надличную ипостась, соответствующую тому или иному сообществу и одной из четвертей социального Надлома, где доминирует одна из четырех психических функций. То есть нахождение знака в пространстве 4х5 похоже именно на разные сочетания личных (внешних) и надличных (внутренних) связей ядра личности. Хотя есть исключение в виде четырех «природных» знаков, связанных с периодами начала Подъема и завершения Гармонизации личности в кругу близких, а не в сообществах социального Надлома.

Наличие двух знаков, определяющих внешние проявления, совпадает с наличием двух внешних ипостасей личности ‑ деятельной и оценивающей. Причем мы заметили, что деятельная («западная») ипостась работает с цельными образами внешних объектов, а вот оценивающая («южная») ‑ с разного рода словесными или числовыми шкалами оценки, то есть со знаками, привязанными к внешним объектам. И соответственно задействуют правое и левое полушария мозга.

Возможно, в древних майянских трактатах тоже есть какие-то туманные указания на различие проявления знаков в первой и второй позициях («Змей в Воде» от «Воды в Змее»). В любом случае переводчики и популяризаторы сосредоточились на описаниях основных знаков, а не их разных сочетаний. Тем не менее, даже небольшая семилетняя практика «майянского» типирования лично знакомых или всем известных личностей позволила прийти к выводу, что первый знак определяет образ действия, а второй ‑ мотивацию активности. Хотя весьма многие совпадения ролей и типажей с «гороскопом» впечатляют, увы, доказательством в научном или философском смысле они не являются.

Другое дело ‑ вполне строгий анализ в работе «Ступени Подъема» авторитетных результатов психологических исследований Пиаже, Выготского и других ученых ‑ на основе оригинального расширенного варианта «майянской модели». В итоге получилось достаточно подробное разграничение двух автономных направлений развития личности (деятельных навыков и навыков социальной коммуникации, определяющих внешнюю мотивацию). Каждое направление является при этом связкой из четырех линий развития, соответствующих функциям соответствующей ипостаси. Успешная проекция уточненной «майянской» модели на самые важные эмпирические результаты современной психологии ‑ намного более серьезное обоснование применимости древней эмпирической системы для проверки и уточнения деталей универсальной модели четырехчастного фрактала.

Чтобы извлечь необходимую для нашей модели уточняющую информацию нужно опереться на конкретные примеры применения эмпирической системы для анализа тех или иных психотипов. У меня, как и у всех семейных людей, есть несколько таких близких и хорошо понятных примеров. Однако все эти примеры желательно сравнивать не только между собой, но и с неким наглядным примером самой простой психики. Для начала представим, как работали психологические функции у наших давних животных предков. По нашим меркам у них была одна только деятельная ипостась, она же «плоть» или «скотина» в библейской символике.

Несложная психика животных предков имела, тем не менее, все необходимые для антропогенеза четыре психические функции. Деятельные навыки и умения, необходимые для добычи пищи или защиты от хищников, составляли функцию прямой связи с внешней средой, прототип будущей «мыслительной» функции по Юнгу. В основу чувствующей функции встроена психофизиологическая шкала «голод-сытость». Ощущающая функция настроена на целенаправленное созерцание окружающей среды, различение опасных или наоборот удачных обстоятельств. Поэтому она может сдерживать движение деятельной и приглушать влияние чувствующей. Наконец, инстинкт размножения связывает «личную» психику животного с «надличными» психическими программами выживания вида, в отдельные периоды полностью подчиняя и перестраивая работу внешних функций. Впрочем, «надличное», то есть видовое в психике каждой особи одним размножением не ограничено и, так или иначе, определяет реализацию всех инстинктов.

Каждая из четырех ипостасей личности человека в целом сохраняет похожую структуру соподчинения функций, только более специализированную и выраженную. А вот сопряжение функций между разными ипостасями, и прежде всего - с интуитивной намного более разнообразно. Среди вариантов, описываемых «майянской моделью», есть и конфигурации, где соподчинение ипостасей похоже на исходную животную - скажем, «Зерно в Ночи». Однако, есть и варианты, где деятельная и мотивационные ипостаси будто бы меняются местами, например, для личностей под знаком «Гроза в Восходе».

Внимательное наблюдение за «Грозой» подсказывает, что такая личность своих целей, определенных той или иной мотивацией, достигает не путем прямой деятельности в материальном пространстве, а мотивируя к действиям других людей с помощью побуждающей эмоциональной коммуникации. Понятно, что такой образ действия для достижения искомого состояния мотивационной шкалы ‑ возможен только в сложной социальной среде.

Мотивационная шкала, определяющая готовность тратить энергию для действий, тоже может быть разной, но вряд ли столь же простой чувственной, как у животных. Даже если второй, мотивационный знак майянского гороскопа - южный, чувственный, как «Ночь» или та же «Гроза», это все же не психофизиологическая шкала «голоден-сыт», а более сложная шкала социальных амбиций, связанных с самооценкой личности такого босса, перфекциониста или посредника на основе эмоционально значимого потребления.

Если же второй знак ‑ деятельный «Восход», то мотивация строится на некоторой рациональной шкале оценок «выше ‑ ниже» со стороны старших, например на шкале вузовских оценок и дополнительной шкалы повышенных стипендий. То есть перфекционистский психотип «Гроза в Восходе» мотивирован опасностью низкой оценки и достигает высоких оценок с помощью развитой социальной коммуникации.

Другой пример ‑ скажем, «Кремень в Олене». Первый знак ‑ «восточный», то есть работает тоже в социальном пространстве, но не с помощью эмоционального побуждения, а путем суждений, что хорошо, а что плохо, и соответствующего разделения предметной области. Мотивацией при этом является получение позитивного эмоционального отклика и расширение на этой основе круга людей, признающих эти обоснованные суждения. Так, обладатель такого психотипа может очень хорошо различать качественные товары от некачественных, и на этой основе расширять круг клиентов и партнеров. Если бы второй знак был тоже «восточным», а не «южным», то и мотивация такого «кремня» лежала в духовенской, а не торговой сфере деятельности - например, врача или психолога.

Теперь попробуем разобраться, чем отличается образ действия «Грозы» от таких же «южных» первых знаков как «Орел», «Мастер», «Олень» или «Ночь». Во всех случаях личности под «южным» знаком достигают своих текущих целей с помощью социальной коммуникации и эмоционального побуждения. Однако принадлежность знака к одному из пяти циклов означает востребованность данного психотипа в сообществах разной структуры, характерной для разных стадий развития личности и общества.

Знаки нулевого цикла, он же 5-й (Мировое Дерево, Ветер, Ночь, Зерно) работают в структуре отношений в большой семье или школе, где роли определяются старшинством или равенством, симпатией/антипатией, а не внешними социальными обстоятельствами. Здесь могут возникнуть любимчики и наоборот, но нет внешних и внутренних угроз для сообщества и для пребывания в нем.

Во 1-м цикле (Змей, Череп, Олень, Восход) тоже есть деление на старших и младших, потому что предварительная четверть Надлома сопряжена с завершением Подъема. Однако различные оценки деятельности по рациональной шкале, как в вузе или в призывной армии формируют более строгую иерархию, доминирующую над всеми остальными отношениями. Например, классическая реплика Молчалина («В мои года не должно сметь свое суждение иметь») выдает в нем «восточный» тип осторожного «Черепа», оперирующего суждениями старших. Иначе бы и разговор о суждениях не шел.

Аналогично во 2-м цикле (Вода, Собака, Мастер, Лестница) на место иерархии под руководством старших приходит конкуренция между равными, как в активной четверти Надлома. Такие личности как рыба в воде чувствуют себя в ситуации борьбы, и даже бессознательно создают эти ситуации буквально на ровном месте. Хотя, конечно, лучше бы сознательно находить социальные роли, где такая конкуренция нужна.

Сообщества конструктивной четверти Надлома тоже имеют иерархию, но иную чем в первой четверти ‑ на основе третейских функций лидера и его свиты. Знаки 3-го цикла (Тростник, Ягуар, Орел, Гриф) востребованы в духовенских сообществах церквей, юстиции, медицины, профессионального образования. Знаки 4-го цикла (Землетрясение, Кремень, Гроза, Владыка) востребованы в завершающей четверти Надлома, культурной революции, когда коллективный опыт периода Надлома перерабатывается в творческие образы и новые формы.

Наводящий вопрос - как одним, более востребованным типам личности, удается чувствовать себя комфортно, например, в периоды острых конфликтов активной четверти, либо жесткого давления в армии или вузе, по сравнению с другими типами? Ведь ничем другим два участника сообщества могут не отличаться, кроме психотипа. Есть такое подозрение, что хорошему солдату или студенту помогает наследственность, не только физическая, но и психологическая. Коллективный опыт поколений содержит все пять вариантов социальной организации, видимо, в виде тех самых надличных ипостасей, работающих с разными содержаниями коллективного бессознательного.

Таким образом «ориентация» двух майянских знаков по «сторонам света» может определять конфигурацию связей интуитивной ипостаси с тремя остальными. Видимо, двух знаков достаточно, потому что третьей внешней ипостаси деваться некуда, кроме как «быть в запасе». В то же время принадлежность первого и второго знаков к одному из пяти циклов определяет связь интуитивной ипостаси с одним или двумя из пяти вариантов конфигурации надличных ипостасей из «внутреннейшего».

Вместе с тем, варианты сопряжения интуиции с тремя внешними ипостасями пока обсуждаемы. Если предположить, что образ действия определяется сопряжением первой, мыслительной функции, а мотивация - сопряжением чувствующей функции интуитивного «Я», то как быть в случае одинаковой ориентации обоих знаков? Когда знак двойной, типа «Орел в Орле», можно еще предположить, что с интуицией сопряжена только одна внешняя ипостась, определяющая и образ действия и мотивацию. Но если это два разных знака одной ориентации (как «Гроза в Орле»), тогда как две разных надличных ипостаси конкурируют за влияние на одну внешнюю ипостась? И если интуитивное «Я» связано с двумя внешними ипостасями через две своих внешних функции, то получается, что с двумя надличными «субъектами» оно связано через свои интуитивную и ощущающую функции? В общем, вопросов пока больше, чем ответов. Хотя конкретный вопрос ‑ это уже половина ответа.

Наш философический квест, как мы условились в самом начале, проходит на основе дедуктивного метода. Как говорили в таких случаях классики, нужно отсечь все не нужное, исключить лишние версии, и тогда останется единственно верный ответ. Ну, или хотя бы близко к этому. Так, например, мы можем смело отбросить версию возможной подмены или путаницы между двумя внешними ипостасями, поскольку все нормальные личности сначала проходят через развитие деятельных, а потом коммуникационных навыков и умений. Как убедительно показали классики психологии (Пиаже, Выготский и другие), все дети в раннем возрасте проходят эти линии развития примерно одинаково.

Разумеется, отличия между детьми есть - кто-то осваивает внешние навыки быстрее, у кого-то почерк ровнее. Но все эти детали не отменяют общих закономерностей развития внешних ипостасей ‑ владения физическим телом и инструментами и владения языком и инструментами общения. На первых детских стадиях врожденный психотип личности, если и проявляет себя, то в деталях или в кризисных ситуациях. При этом чувствующие или ощущающие типы точно так же осваивают еду ложкой или бег наперегонки, как и моторные (мыслительные - по Юнгу).

Мы уже выяснили по ходу расследования, что психотип - это конфигурация связей между внешними ипостасями, природными и социальными связями личности, и связями внутренними с надличными ипостасями бессознательного. Через эту конфигурацию связей личность получает духовную энергию и формирует «волевое начало». Хотя личная воля, повторим не лишний раз ‑ это и есть проявление надличных ипостасей, точнее - это совпадение внешних образов действия и созерцания с глубинными образами надличных слоёв психики. При таком совпадении внешний образ как ключ ‑ открывает запасы не только информации, но и связанной с нею духовной энергии. Без такого надличного наполнения не может быть никакой «личной» воли.

Когда мы говорим о младенце или младшем детском возрасте, то вроде бы ни о какой личной воле речи пока не идет. Ребенок подчинен охранительной родительской воле. Хотя это как посмотреть - может показаться, что наоборот - это родители со своей опекой подчинены безудержной воле ребенка к движению, а потом к общению. Видимо, это и есть раннее проявление надличной (видовой) воли, когда по глубинным образцам проявляется сначала бессловесная, деятельная ипостась психики. На втором этапе так же формируется общительная словесная ипостась. Причем обе внешние ипостаси созревают и становятся автономными от внешней родительской опеки через интериоризацию.

Однако на следующем этапе, в подростковой третьей четверти Подъема личности точно так же на основе интериоризации внешних охранительных (ограничивающих и направляющих) влияний семьи и школы формируется третья ипостась. С формированием автономной третьей ипостаси совершеннолетняя личность уже сильнее проявляет свой характер и «личную» волю, хотя остается зависимой от непонятных пока правил взрослой игры, нуждается в старших наставниках. Скорее всего, именно об этой третьей ипостаси идет речь классиков аналитической психологии, называвшей ее «первым Я».

Аналогично, в юности (последней четверти Подъема личности) формируется «второе Я», тоже на основе интериоризации формируемых внешних связей. Только в отличие от «первого Я» эти связи не иерархически подчинены кругу старших авторитетов, а игровые на основе полной автономии личности. Формирование четвертой ипостаси «второго Я» начинается в форме детских игр вместе с освоением словесной и знаковой коммуникации. После созревания к переломному возрасту словесной ипостаси ‑ в подростковой и юношеской стадиях идет узнавание и освоение «взрослых игр». На всех социальных уровнях такие игры есть, но только на высших уровнях их принято называть «политикой». Только, большая просьба, не опираться в толковании на крайние случаи диссоциации «второго Я» типа того же «мистера Хайда». В норме обе старшие ипостаси сбалансированы, хотя для формирования и уточнения этого баланса нужен отдельный период развития (активная четверть Надлома личности).

Скорее всего, нам придется отказаться от абстрактной комбинаторики возможных связей между четырьмя личными ипостасями. По той причине, что развитие личности идет по общему для всех алгоритму. Сначала в младенческой четверти Подъема должна развиться первая, деятельная и бессловесная ипостась. Освоение физического окружения необходимо, чтобы актуализировать идеи (слепки визуальных образов из коллективной памяти), на которые затем могут быть нанизаны звуковые образы словесной ипостаси. Обе младшие ипостаси черпают энергию развития из совпадения образов со «слепками» (идеями) из коллективной памяти, и поначалу напрямую связаны с надличными слоями психики. Хотя это могут быть надличные до поры прототипы старших ипостасей? Все четыре личных ипостаси при рождении не актуализированы и берутся из надличных прототипов.

До кризиса 3-4 лет обе младшие ипостаси развиваются автономно, хотя развитие второй зависит от активности первой. Затем происходит резкое расширение физического и социального пространства, когда физическая активность и бессловесная коммуникация первой ипостаси недостаточна. В активной четверти Подъема над деятельною ипостасью доминирует вторая, словесная ипостась. Точно также не достаточна для нового уровня  наблюдательная и ограничивающая функция деятельной ипостаси, то есть личная память о неприятных ситуациях (боль от падений, огня и подобные мелкие страхи). Подъем третьей, охранительной и направляющей ипостаси зависит от развития словесной ипостаси, освоения ею лексики с негативными эмоциями. (Например, таким освоением является «пионерский фольклор» - страшные истории и сказки, передаваемые в среде младших школьников.)

Опережающее бурное развитие каждой из ипостасей в свое время зависит от возможности актуализировать глубинные образы из связанных с ними надличных слоев коллективной памяти. Только такое совпадение внешних, в том числе словесных образов с архетипичными слепками-идеями высвобождает духовную энергию для развития. Так что для полноценного развития третьей ипостаси требуется умение не просто строить простые цепочки слов в предложения, но распознавать опасные ситуации ‑ сочетания образов. Третья четверть Подъема личности ‑ период доминирования охранительной ипостаси на основе интериоризации внешних родительских, школьных, книжно-киношных влияний. Тем не менее, именно в этот подростковый период проявляется подъем четвертой - игровой и рисковой ипостаси. Он выражается в активных поисках границ автономии личности, провоцируя родителей и учителей на меры внешнего воспитания.

Наконец, формирование зрелой четвертой творческой ипостаси связано с ростом противоречий между пребыванием в охранительской учебной иерархии и побуждающими к свободе и автономии личности половыми инстинктами и социальными фантазиями. Все эти этапы необходимого психологического развития одинаковы для всех личностей, даже если есть сбои развития на части этапов. Общим для всех этапам развития соответствует не только символика майянских знаков (раскрыта в «Ступенях Подъема»), но и такая же по содержанию юнгианская и постюнгианская символика архетипов.

Таким образом, развитие взаимосвязей между четырьмя личными ипостасями идет по общему алгоритму. Следовательно, различие между психотипами определяется не разной конфигурацией связей между ипостасями, а разницей в наполнении энергией и содержанием этих связей, когда они уже сформированы. Для младших (внешних) двух ипостасей такая разница связана с наполнением одной из четырех функций. Две старшие ипостаси, во-первых, делят между собой «время процессора» ‑ направляющая третья ипостась работает в рутинном режиме, творческая ‑ в периоды кризисов. Обе имеют доступ к разным надличным слоям коллективной памяти. Эти «психоисторические» слои соответствуют разным вариантам социальной структуры сообществ ‑ иерархическим деятельным и охранительным, либо сетевым торговым и творческим плюс еще один вариант семейной организации.

Соответственно, наполнение психической энергией внешних ипостасей зависит в рутинные периоды от третьей, надзорной ипостаси, направляющей активность тех или иных функций этих внешних ипостасей. В кризисные периоды (например, в сессию после семестра) управление и наполнение внешних функций берет на себя творческая четвертая ипостась. Отсюда такая двойная символика в майянской эмпирической системе.

Можно провести еще такую аналогию между структурой личности и структурой управления в обществе. Две внешние ипостаси - это элиты производственные и торговые, точнее - распределительные. Две старшие ипостаси - это аналог институтов государства и политики. В рутинные периоды государство на основе сложившихся традиций и правил направляет работу экономических и социальных институтов. Если нужно, поднимает с пыльных полок давние законы и стандарты. Политические институты наблюдают за работой государства и легитимизируют своим участием. В кризисных ситуациях вступают в дело политические институты в разных формах - от консультативных до чрезвычайных и военных режимов. Они тоже опираются на политические традиции и хорошо забытые порою правила и стандарты политического управления.

При этом у каждой страны и народа есть свои собственные традиции управления, сформированные в силу экономической специализации и поддерживающие ее. Так что по аналогии с психологическим типом личности можно говорить об историческом типе нации, сочетающем общую структуру государственного и политического устройства с характерными политическими режимами. Олигархическая республика как в Венеции, Новгороде или США отличается от конституционной монархии как в Голландии и Британии, но именно в устройстве политических институтов, а не рутинной судебной или полицейской власти. Так же отличаются и психотипы «в Мастере» от типов «в Олене» по устройству «второго Я» ‑ наличию или отсутствию «царя в голове», если отследить корни народной мудрости.

Продолжение следует

Tags: Юнг, майя, психоистория, психология, символика, философия
Subscribe

  • Работа над ошибками (13)

    13. Ключ на старт (начало) Повторю не лишний раз – все, что происходило в политике, особенно в политике США и Британии, в уходящем…

  • Работа над ошибками (12)

    12. Сильно сокращенная история болезни (начало) Гипервисокосный год устало подползает к финишу, так что можно уже итожить и исправлять наши…

  • Работа над ошибками (10)

    10. Распасы без Козыря (начало) Небольшое затишье в виртуальных боях пролов с креаклами, потому можно позволить себе немного общей теории на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments