oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

После Бала (38)

38. Последний козырь
(начало, предыд.глава)
Исторический сюжет даже в глобальных узлах развертывается относительно неспешно, в отличие от сюжета Романа. Даже за время актуального истолкования одной лишь 24 главы многие читатели успели запамятовать, с чего все началось, а другие только присоединились. Поэтому будет нелишним еще раз напомнить, почему мы следим за параллельными сюжетами и считаем пророческими не только булгаковский Роман, но и азимовскую Трилогию.

Скажу больше – не только эти две, но все по-настоящему великие книги, пьесы, фильмы, если люди их перечитывают или смотрят из поколения в поколение – обязательно содержат в себе скрытую притчу об отношениях надличных ипостасей нашей с вами психики. Я уже приводил пример с «Войной и миром», где Болконский является «аватаром» военной аристократии, исчерпавшей себя в войнах первой половины 19 века, масон Безухов олицетворяет сменившую его дворянскую бюрократию. Наташа – аватар дворянской Москвы (младшая сестра Ростова), как и Элен – душа холодного столичного Петербурга. При желании можно найти соответствие всем главным персонажам и сюжетным поворотам, как сильный жар, спасшего захваченную бурными страстями Москву-Наташу из рук авантюриста и от позора.

При желании можно было бы заполнить журнал ежедневными толкованиями самых популярных книг и фильмов. Однако, вряд ли такое развлечение вызовет большее доверие или серьезное отношение. Впрочем, было дело, в комментариях к одной из записей мы с одним из друзей достаточно подробно интерпретировали комедию «Бриллиантовая рука» как притчу о приключениях в постсоветской бюрократии, прежде всего одесско-киевской, но не только. Можно было бы еще обсудить фильм о бурном и кратком, но не слишком трезвом романе московской интеллигенции с польско-прибалтийскими элитами, отказавшими в любви советской номенклатуре, по-своему симпатичной и честной, но слишком ревнивой.

Почему мы радуемся и смеемся таким притчам, где в общем-то происходят нешуточные события? Потому что в глубинах нашей психики надличные архетипы постоянно разыгрывают эти сюжеты, шлифуя тем самым план действий, которому бессознательно следуют большие сообщества, целые народы. Совпадение внешних образов книги или фильма с глубинными образами является тем ключом, который открывает глубинные запасы психической энергии. А сам выход популярной книги или фильма становится триггером, переводящим уже созревший в глубинах психики План в режим исполнения «пророчества».

Вряд ли кто-то станет отрицать, что движение советского общества к разрядке, перестройке и постсоветским приключениям началось именно в конце 1960-х, когда на экраны вышел целый ряд шедевров, предвосхитивших сюжетные повороты истории. Чуть раньше вышел в свет булгаковский Роман, повлиявший на все творческое сообщество и на все художественные сюжеты. Так что, когда в начале 1990-х в Москве и в стране начала твориться откровенная чертовщина, не только у меня возникли ассоциации с проделками свиты Воланда.

Первые совпадения удалось выстроить в некую систему еще в 1994 году в виде статьи, но только в 2009 году вся сюжетная линия этого опуса смогла выстроиться в непрерывную линию «зашифрованных» исторических событий от переломного 1929 года до наших дней и далее. Можно, конечно, отмахнуться от этой интерпретации в эссе-романе «MMIX – Год Быка», но только при одном условии – если кто-нибудь еще сможет найти другую такую же непрерывную цепочку событий и устойчивые правила истолкования хотя бы для одной главы Романа. Я уже не говорю о пройденных 24 главах, каждое слово и каждый поворот сюжета в которых имеют расшифрованные аналогии в реальной политической и культурной истории.

Если масштабный пророческий роман нашелся для российской истории, тогда таковые книги или пьесы должны быть и для других наций соответственно их масштабу и роли. Например, для нынешней Беларуси таким архетипическим рассказом является «Олеся» Куприна, известная всему миру как «Колдунья». Про «Свадьбу в Малиновке» для Украины тоже всем понятно. Хотя это лишь часть калейдоскопичного комедийного сборника для такой же державы. Для Британии таким же сборником архетипических сюжетов, наверняка, являются «Рассказы о Шерлоке Холмсе». Про злосчастную судьбу милой Гретхен, олицетворяющей соблазненную прогрессом Германию, тоже все знают. Сложнее найти среди обилия французских романистов и романов автора и вещь, или может быть тоже трилогию исторических романов – масштабнее других. Разве что Дюма?

Для всех этих примеров художественных пророчеств важен один признак. Роман или пьеса должны быть хорошо известны у соседей и в мире, иногда даже популярнее, чем дома, как тот же «Солярис» Лема. Впрочем, этот роман не только о регулярно умирающей и воскресающей Польше, а обо всей восточно-европейской «станции» на краю евразийского «Океана». Наконец, для Соединенных Штатов с их футуристическими имперскими амбициями – кроме Трилогии Айзека Азимова про «Основание» (Академию) ничего другого и быть не может в этом качестве романа-притчи. Нет более масштабной и пророческой вещи, только нужно уметь ее правильно прочесть. Например, путешествия по «галактике» с помощью «гиперскачков», которые Азимов интуитивно подглядел в глубинном Плане на третье тысячелетие – это всего лишь Интернет-пространство с его гиперссылками и информационными войнами.

Однако даже если до сих пор мы находили в американской истории все роли, сюжеты и повороты первых двух книг Трилогии, мы все равно должны каждый раз все доказывать заново при наступлении эпохальных событий. Таких как полное поражение демократов в информационно-юридической войне против Трампа и одновременный эпический провал «ослов» на старте предвыборной кампании. Есть ли что-то похожее в Трилогии? Мы в нашем анализе, как обычно, немного забежали вперед и уже этот эпизод пытались разъяснить в контексте общего тренда, но не конкретных исторических событий.

В самом конце второй книги аватар американских спецслужбистов капитан Притчер, тоже бывший «демократ», откровенно рассказывает Байте и Торану (аватарам цифровых масс-медиа и наднациональной бюрократии), как и почему игра проиграна. В книге главной причиной названо тотальное проникновение «спецслужбистов» не просто в ряды «демократов», а в их штабы. Однако при этом не ставится под вопрос прежняя искренность симпатий капитана Притчера к «демократам».

Фантастической (для демократов) причиной психологической переориентации спецслужбистов оказывается депрессивная пропаганда Мула, то есть национально ориентированной части истеблишмента, ядром которой всегда являются спецслужбы. Между тем Мул – это и есть аватар политической верхушки тех самых спецслужбистов и связанного с ними национально ориентированного капитала (и торгового, и промышленного – поэтому Mule, гибрид), не готового жертвовать страной и народом ради глобальных амбиций «демократов». Между тем, пессимистическая пропаганда Мула закончилась вместе со второй книгой, и в третьей книге обработка населений идет, скорее, в духе полной уверенности, как в нынешнем послании Трампа.

Что характерно, игру против «чудовища», захватившего власть в Академии (то есть в США), «демократы» вынуждены были вести в соседних аграрных «мирах» и на самом Тренторе – центре разрушенной стальной империи (в которой угадывается СССР). Это соответствует повышенной активности «демократов» США в Восточной Европе и в самой России до недавнего времени. Здесь их весьма гостеприимно привечали системные либералы во власти. Однако сами «демократы» не очень-то надеялись на лояльность здешних чиновников, а делали ставку на работу в университетах и библиотеках, причем психологическую работу. Не будем утверждать, что именно эта часть их работы здесь была такой уж провальной. Семена недоверия к национальному государству посеяны и отчасти взошли.

Однако, «демократы-глобалисты» проиграли национал-глобалистам в самих США. Единственное, что может их утешить, это невозможность для национал-глобалистов, этого политического гибрида из части «слонов» и части «ослов» вести дальнейшую экспансию в мире. И это тоже соответствует нынешнему повороту сюжета в глобальной политике. Сам Трамп и не скрывает в своем победном послании конгрессу, что его цель – вывести войска с Ближнего Востока, переложить затраты на поддержание глобальной стабильности на партнеров (союзниками или противниками их назвать уже нельзя). При этом возгонка оборонного бюджета при свертывании активности за рубежом имеет цель поддержания экономической стабильности, занятости. Это также полностью совпадает с политикой Мула на рубеже второй и третьей книг Трилогии.

Таким образом нынешний исторический момент точно соответствует рубежу второй и третьей книги Трилогии. Мул на этом рубеже преображается, расправляет плечи, но все равно предпочитает руководить политическим процессом скрытно, через своих ставленников во власти. Таких как Трамп, а до него мулат Обама. На этом можно было бы завершить анализ второй книги Трилогии, и подождать, пока не начнет сбываться третья. Однако в небольшой зазор между ними вполне вписывается небольшой и вроде бы юмористический рассказ Азимова «Последний козырь» – The Last Trump.

По нынешним временам можно и «Последний Трамп» перевести, тем более что сам Трамп так себя и подает, как президента США до скончания времен. Вот только сколько времени остается до последних времен, никто не знает. Хотя толстый намек имеет место. Причем Трамп делает этот намек вполне расчётливо перед выборами, чтобы сплотить и активизировать свой ядерный электорат – американских евангелистов, а если удастся – то и американских католиков тоже.

Азимовский «Последний козырь» - это рассказ именно о «конце света», в названии которого обыгрывается апокалиптический «the last trump» (труба Божья) из посланий апостола Павла: 1 Коринфянам и 1 Фессалоникийцам. И в этом свете позиционирование Трампа как «президента навсегда» имеет вполне прозрачный намек на ожидаемую его самыми верными сторонниками финальную битву добра и зла. Кстати, этот религиозный фактор, наверняка, сыграл свою роль и на последних выборах в пользу Трампа.

Сам рассказ является, скорее, философской юмореской, призванной намекнуть, что буквальное прочтение библейских пророчеств – не очень-то годится, особенно для деловых американцев. Поэтому героям рассказа приходится с помощью адвокатов и юридических крючков начавшееся светопреставление отменять.

Впрочем, у того же Азимова есть в первой книге Трилогии и другая очень известная цитата, ставшая крылатым выражением:
- Violence is the last trump card of Amateurs.
(Насилие – последний козырь дилетантов.)
Трамп (который навсегда, то есть последний) в своем последнем послании через абзац пинает «демократов» как неудачников и дилетантов в политике, в отличие от него самого – удачливого профессионала. Поэтому у всех нас есть надежда, что эта последняя цитата из Азимова прошита у Трампа на подкорке с того самого времени 70 лет назад, когда популярность Азимова и его крылатых слов были на самом пике в США.

Продолжение следует
Tags: Азимов, США, архетип, конец света, притча
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 75 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →