oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Category:

Немного о Газпроме

Наши насущные политические процессы не спеша докатились до очередного узелка, так что можно изучать параллели получившейся траектории с  узорами предыдущего витка спирали (образцов 1991-92 годов).
Заметим, что для РФ и СНГ нынешний узелок завязался в момент окончательной отставки президента Медведева с поста формального главы Газпрома. То есть он как бы еще в момент инаугурации оставил все посты, но именно что «как бы». А завершается узел визитом Медведева в Туркмению проездом через Азербайджан.
Аналогичным по значению событием в начале «постсоветского витка» истории СНГ и РФ была очевидно отставка президента Ельцина с поста министра обороны России. Просто в 92-м отношения между элитами стран СНГ выстраивались по поводу силового ресурса, важного в той же степени, как сегодня ресурсы газоэкспортные. Поэтому нынче даже вопросы о силовых ресурсах, как аренда базы ЧФ, возникают исключительно по поводу торга по газовым вопросам.
Самое главное, что проявилось в этом узле – поскольку никакой даже остаточной идеологии, не говоря уже о геополитических амбициях у нынешнего руководства РФ нет, то внешняя политика оказывается продиктована чисто корпоративными интересами «Газпрома», причем опять же не стратегическими целями отрасли, а финансовыми интересами менеджмента.
Насколько это ситуация соответствует вышеназванной параллели? Ведь вроде бы как 92-й для военно-промышленной корпорации стал годом заката политического влияния? Так то оно так, но только если смотреть ретроспективно, хотя бы из 93-го года, а лучше из 96-го. А в начале 92-го генералитет и военная корпорация были одним из самых влиятельных игроков, с которыми все считались. И политические решения президентов по поводу мягкого раздела армии делались с очень большой оглядкой на генералитет. Именно это объясняет тот самый парадокс, что при правительстве Гайдара оборонный заказ и закупки вооружения были едва ли не выше, чем при Путине.
Однако, как выяснилось, бороться с высшим менеджментом военно-промышленной корпорации можно и нужно было исключительно методом «непротивления злу». Хотят генералы получить гешефт с вывода Западной группы войск – пожалуйста. Имеют желание сплавить за границу содержимое военных складов – нет проблем. «Километр иридиевого кабеля» продать «на чапельники» - да на здоровье, хоть бы даже и золотого. Главное, втянувшись в эту увлекательную игру на удовлетворение персональных интересов высшего менеджмента, сама ключевая корпорация оказывается в роли поддавшегося животным инстинктам Исава, готового продать первородство за чечевичную похлебку.
Кстати, примерно так обуздал после 1945 года своих героических маршалов и генералов товарищ Сталин. Дал, так сказать, слабину, разрешил поживиться трофейным имуществом без меры. И спокойно разобрался с каждым по одиночке. А уж в 1992-м с генералитетом даже Ельцин спокойно разобрался тем же проверенным методом. За исключением небольшой когорты «афганцев», которых пришлось задобрить высокими должностями.
Вот и сегодня аппетиты «Газпрома» и его менеджмента, кажется, не имеют никаких ограничителей в виде государственных интересов. То есть официально признано и удостоверено выбором «преемника», что интересы Газпрома равны интересам страны. Даже фиксируемые на уровне правительств и президентов «компромиссы» по поводу газовых, например, для Украины или Белоруссии диктуются вовсе не геополитическими или национально-культурными соображениями России, а исключительно отношениями производителя и транзитера газа.
Впрочем, играть на разнице между европейскими и евразийскими ценами на газ можно было бы бесконечно долго. Однако соблазн высших менеджеров «гарантировать» себе и внукам безбедную жизнь за три-пять лет в газпромовском кресле не может не влиять на политику газового монстра. Поэтому они оказываются готовы биться за международные рейтинги концерна, то есть за право получать оценки западных финансистов, за право набирать кредиты у западных финансистов, за право сбросить свои пакеты акций на пике самых высоких оценок капитализации, которые сейчас озвучивает господин Миллер. Значит есть у него личный интерес, раз озвучивает, а иначе – например, ради интереса корпорации в целом, зачем ему это – самому раскрывать карты, пусть даже фальшивые.
Так что ситуация, на самом деле, весьма похожа на ситуацию с генералитетом армии и ВПК в 92-м, но есть и существенная разница. В 92-м подкуп генералов осуществлял Ельцин, да – при поддержке Запада, но в интересах всех республиканских элит СНГ. Напомню, что путч ГКЧП был заточен против подписания Союзного договора, то есть против большинства последнего горбачевского Политбюро, ставшего после Беловежья Советом глав государств. Однако и Ельцин, и Кучма м Шушкевичем, и Назарбаев с Шеварднадзе в 92-м понимали, что проигранное генералами генеральное сражение еще не конец кампании. Поэтому Ельцин осуществлял подкуп и разложение политического противника в интересах всех своих коллег по СГГ СНГ.
В отличие от этой ситуации, нынче все президенты с премьерами, ну может кроме Мишико (потому так и злится) находятся «в доле» и, на самом деле, вполне были предрасположены к продолжению «банкета» на разнице в ценах газа. Тем более что это дает возможность не только «пилить маржу», но и списывать все политические издержки на «буку Путина» или кто там у нас нынче позирует возле газпромовского вентиля.
Между прочим, из этого самого общего соображения общности интересов постсоветских элит в СНГ, достаточно легко можно сделать более чем определенные выводы в отношении таких загадочных с виду финтов, какие Путин вытворял осенью 2004 в отношении Януковича. А также тот бесспорный факт, что все околокремлевские политтехнологи работали на команду Ющенко, кроме тех двух самых противных, которых послали позировать для телекартинки рядом с Януковичем.
А объясняется все элементарно: «донецкие» во главе с Януковичем – это конечные потребители, а «оранжевые» - транзитеры (западенцы Ющенко) и посредники (Тимошенко). Собственно, насчет очевидных связей между Тимошенко и Газпромом не обязательно даже разоблачать ее закулисные переговоры с Медведевым, тогда еще главой АП, в период «оранжевой революции». Да, собственно, прошлое можно было бы и не ворошить и забыть, если бы не сохранившийся аж с 92-го постоянно действующий механизм взаимного обогащения газовых «транзитеров», «посредников» и «менеджеров».
Собственно именно поэтому «оранжевые» и теряют свое политическое влияние, что не смогли даже при совместной поддержке Путина и Запада разгромить «донецких». А Западу в этих условиях ничего не оставалось как опереться на «менеджеров» с целью удушения их в объятиях.
Вот, собственно, мы и добрались до субъекта нынешнего политического процесса. Именно западные, точнее – западноевропейские партнеры «менеджеров» взяли и с их помощью проводят курс на выравнивание цен на газ для всех потребителей, или хотя бы для восточноевропейских. Заодно и конкуренты на товарных рынках устраняются, что донецкие, что белорусские, что прибалтийские. А механизм влияния на «менеджеров» весьма прост – стимулирование с помощью рейтингов роста капитализации и завышенной нормы внешней задолженности энергетических корпораций, грозящей дефолтом и переходом под контроль кредиторов в случае падения цен на нефть. И соответственно, откаты с каждой операции. Ведь на кредиты нужно что-то купить, хотя бы непрофильные активы. А заодно европейцы стимулируют руководство производящих стран – Туркмении прежде всего, к резкому повышению цен. Стимулируют в том числе прожектами обходящих Россию трубопроводов – «Набукко», «Белый поток».
Судя по последним сводкам с газовых переговоров Медведев вполне отрабатывает совместный политический заказ «менеджеров» и западных «потребителей».
Однако, наши суперэффективные «топ-менджеры», добивающиеся гиперкапитализации «Газпрома» и уже заранее рапортующие об «успехах», явно не сильны в политической арифметике, не говоря уже об алгебре геополитики. Как только будет устранена даже не сама маржа, а просто неопределенность в вопросе о будущем посреднической маржи, то в этот самый момент исчезает и политическая значимость самого Газпрома. Поскольку политическим ресурсом является именно неопределенность, «двойные стандарты», избирательность применения силы, а вовсе не сама сила. Соответственно путинско-медведевская борьба за политическую стабильность, вкупе с долгосрочными контрактами Газпрома на Востоке и Западе – означают неминуемое и достаточно резкое снижение значимости газпромовского ресурса как политического фактора. То есть еще разок-другой, как армию в октябре 93-го или в Чечне, газпромовцев еще попользуют настоящие политики в своих целях, но не более того.
Да, чуть не забыл еще одно совпадение, именно в мае 92-го, в аналогичном узле «постсоветского витка», одновременно с министром обороны Павлом Грачевым был назначен еще один министр – Виктор Черномырдин. Но одинаковые с виду события для одной корпорации были началом политического заката, а для другой – началом взлета. Однако, даже в экономике, не говоря уже о политике, не бывает вечных лидеров. Всё проходит, и это пройдет.
Вдумчивый читатель уже должен был бы заготовить вопрос, если в аналогичном узле постсоветского процесса в СНГ произошел первый шаг к замене главного политического ресурса с военного на нефтегазовый, то что-то новое должно возникнуть и сейчас.
К сожалению, определенно на этот вопрос можно будет ответить только по прошествии еще пары узлов, когда настанет кризис, аналогичный тому в декабре 92-го, что вынес Черномырдина в премьеры. Однако и в 92-м вплоть до момента выдвижения кандидатуры ЧВС никто не ставил на Газпром, а фаворитом числился выходец из ВПК Скоков. Сейчас тоже можно лишь гадать, неопределенность в использовании какой именно силы будет влиять на элиты СНГ и наших западных партнеров.
Однако уже сегодня можно вполне уверенно утверждать, что успехи западноевропейских кредиторов Газпрома в деле получения мягкого контроля над евразийской энергетикой были замечены заокеанскими партнерами этих самых кредиторов. Собственно, никто и не скрывал особенно, что влияние американских «партнеров» на восточноевропейских «транзитеров» необходимо для срыва планов российско-, точнее – газпромовско-западноевропейского сближения.
Теперь же, когда угроза объединения технологий Европы с ресурсами России встает чуть ли не как неизбежность, заокеанские «партнеры» вынуждены пойти другим путем – путем масштабной дестабилизации Старого Света, попыток раскола Европы и изоляции «старой Европы». Не случайно ирландское вето Лиссабонскому договору было откровенно поддержано другими ближайшими союзниками Вашингтона в Польше и Чехии. Однако, все эти политические уколы Европе что слону дробина, если будет продолжаться российско-европейская экономическая интеграция.
Я уже отмечал, что выход Хиллари из президентской гонки является индикатором распада союза между Уолл-стрит и лондонским Сити. Европейский финансовый капитал вполне устраивает победа Западной Европы в гонке за ресурсы против США. Однако, это был все же политический символ, а на этой неделе разрыв в экономической политике двух финансовых центов был зафиксирован на практике. Американская ФРС, следуя условиям декабрьского «пакта о ненападении» из последних сохраняет статус-кво, а вот европейский Центробанк решил, несмотря на уговоры Полсена, повысить ставки.
Правда борьба на финансовых фронтах протекает теперь не на уровне свершившихся фактов, а на уровне политических прогнозов. Поэтому доллар отыграл падение задолго до решения ЕЦБ.
Возвращаясь к президентской гонке в США, можно констатировать, что теперь выбор между двумя кандидатами – это выбор Уолл-стрита между своими кандидатами, олицетворяющими два возможных сценария дестабилизации Старого Света. Старый либеральный «троянский конь» МакКейн в стане республиканцев, тем не менее, не испортит «борозды» военной эскалации на Ближнем Востоке и заодно на Кавказе, если таковая вскоре понадобится. А вот сын «исламскоподданного» Обама нужен, наоборот, для умиротворения Ближнего Востока, для формирования американо-исламского союза. Но такой союз возможен только при условии резкого ослабления Европы, удерживающей вместе с Китаем Иран от сближения с США. В свою очередь, резкое ослабление Европы возможно сегодня только в случае дестабилизации лимитрофного пояса между Балтикой и Черным морем. (Балканскую «черную дыру» европейцы путем косовского «умиротворения агрессора» и мягкого давления на сербов пока временно заткнули.)
В этой связи не вызывают удивления наглый призыв американского прокуратора Эстонии к независимости финно-угорских народов России или утечка планов размещения ПРО в Литве, где гауляйтером тоже американец. Как не вызывают удивления провокации украинских нацистов в Крыму или плакаты по всей Украине с призывом готовиться к войне с Россией. Ну и, конечно, серия терактов в Абхазии и обострение обстановки в Южной Осетии призваны держать открытым повод к общей дестабилизации черноморско-балтийского региона.
Увы, в этот ряд вполне укладывается и вчерашний теракт в Минске, который слишком явно связан с началом предвыборной парламентской кампании. При том что и Россия, и Европа, и тем более белорусская политическая элита заинтересованы в проведении образцовых выборов белорусских депутатов. Последнее неочевидно для сторонних наблюдателей, но реакция режима на теракт, который было приказано называть «хулиганством» говорит сама за себя. Если бы ставка была не на компромисс с Европой, а на конфронтацию, то вся пропагандистская машина батьки уже работала бы на полную мощность, раздувая образ врага.
Только в случае образцовых с формальной точки зрения выборов Старая Европа и Кремль имеют шанс договориться о разделе сфер влияния в Белоруссии, которая является ключом к политической стабильности Восточной Европы. Так что дестабилизация выборов в Минске выгодна сегодня только заокеанским партнерам. Как и разжигание противоречий стран Восточной Европы с Россией. Неслучайны примирительные жесты России по отношению к Латвии – выдача Абеля, соглашение о захоронениях. То же самое – по отношению к Молдове. Россия и Европа пытаются гасить конфликты и провокации, разжигаемые заокеанскими партнерами.
Однако, главным оружием Уолл-стрита в борьбе за сохранение мировой финансовой гегемонии являются все же не политические провокации и информационные войны, а финансово-экономические рычаги. Поэтому финансовые олигархи вторглись в епархию нефтепромышленников – техасских и Саудовских, которые до сих пор контролировали рынок нефтяных фьючерсов, выстраивая на нем достаточно консервативную пологую «пирамиду». Неожиданно для участников на этом рынке пошла большая спекулятивная игра, единственный смысл которой – форсирование роста и обрушения пирамиды.
Внутриполитический смысл такой игры может быть объяснен кознями демократов против республиканцев, чтобы усугубить ситуацию перед выборами и исправить ее сразу после.
Однако вполне возможен и другой вариант, если помнить, то Маккейн – на самом деле либерал. Резкое задирание нефтяных и газовых цен, во-первых, сильно ударяет по Европе и, прежде всего, по Восточной Европе. Резкое падение жизненного уровня и слабые политические системы способны разорвать политическую связь этих стран с Западной Европой. Вторая возможная цель – попытка дестабилизировать европейский рынок Газпрома, задрав цены на нефть в период согласования цен на газ. Плюс возможный шантаж вполне предсказуемым обвалом пирамиды нефтяных фьючерсов с целью перехватить «мягкое управление» Газпромом, не допустить дальнейшего усиления европейского влияния на Кремль.
Однако, выбор именно этого экономически дестабилизирующего сценария внушает определенный оптимизм. Собственно его рискованность и непредсказуемость говорит о крайне ограниченном маневре заокеанских «партнеров». Дестабилизировать ситуацию до крайности, например, до реальных военных действий на Ближнем Востоке или на Кавказе, янки не могут. Поскольку они хотят управлять глобальной экономикой и решить за счет других игроков свои экономические проблемы, а не уронить мировую экономику ниже плинтуса, погубив и себя и Европу.
Однако янки своим яростным сопротивлением вполне способны ослабить Европу до статуса политически ведомого партнера по отношению к России. Но для этого в России должен проявиться тот самый новый политический ресурс, который может заменить собой «газпромовский менеджмент».
Tags: РФ, анализ, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 15 comments