oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

MMIX-11

Заминка небольшая случилась. К анализу двух центральных образов Воланда и Иешуа так просто не подступишься, а все остальные нужно оценивать лишь в прояснённом контексте. Ну, разве что уцепиться за хвост явно выходящего вон из ряда кота Бегемота? Зачем кот? Почему кот?

« - Котам нельзя! С котами нельзя! Брысь!..»

 

А между тем появление на улицах послереволюционной Москвы Кота с большой буквы, да ещё с древним мифологическим именем нельзя не признать симптоматичным, и где-то даже закономерным. Именно такого Кота даже как-то и не хватало в Москве после всех событий революционной эпохи.

В процессе поисков прообраза Мастера мы убедились, что наш Роман и его Автор имеют несомненную склонность к художественному исследованию самых общих философских, точнее даже историософских идей. А между тем Первая мировая война и особенно Великая русская революция в буквальном смысле сломали и опрокинули одну из главных идей 18-19 веков – прометеевскую идею неуклонного прогресса в развитии общества. Причём именно самые «твёрдые искровцы», то есть адепты прогресса захватили власть на «одной шестой Земного шара». И вот, как будто в насмешку над ними, именно под руководством записных «прогрессоров» одна шестая суши превратилась сначала в царство первобытного хаоса межплеменной войны всех со всеми. А потом вдруг, откуда-то из самых дальних глубин коллективного сознания, на главной площади страны выросла самая настоящая древнеегипетская пирамида с самой настоящей мумией фараона. Так что было бы даже странно, если рядом с древнеегипетским Мавзолеем не появилось бы древнейшее египетское божество в виде кошки. Правда впоследствии, когда рядом с божественным котом появились другие языческие божества, бывшее главное божество получило дополнительное имя Бастет, так кажется.

Причём некоторые исследователи считают, что возникновение самого первого государства напрямую связано именно с переходом от обожествления кошек к обожествлению самого первого фараона:

«Рассредоточение и приватизация хранилищ неизбежно приводит к разделу на частные владения сначала зерна, а затем и земли. Складывается система, в которой собственно богатство - запасы зерна тщательно прячутся, и социальный статус хозяина определяется только по внешним признакам. А именно - по числу кошек, обитающих вокруг частного хозяйства. Тот факт, что социальный статус древних египтян определялся именно так, подтверждается практикой бальзамирования кошек. Рано или поздно кошки умирали, и их хозяева, чтобы не ронять свой статус, придумали первую инфляцию ценностей. Возникли первые священные кладбища и божественные мумии. И только много позже эта практика была перенесена с кошек на фараонов» /«Государство и Традиция»/.

Более того, связь между символикой государства и обожествляемой кошкой вполне очевидна и в наши дни. Поскольку на гербах королевств и империй этот самый божественный Кот присутствовал во все времена, только он несколько прибавил в весе, как и само государство, и потому стал считаться Львом.

Но вернёмся к нашей русской революции. В её эпицентре казавшаяся восходящей линия исторического прогресса вдруг сваливается в хаос самого глубокого надлома. И выясняется, что в историческом процессе взаимодействуют самые что ни на есть разнонаправленные линии и тенденции. В том числе возникающее в эпицентре разрушения движение палингенеза архаических культурных форм и быстрое повторение в течение десятилетий тысячелетних процессов становления государства и цивилизации. Обращение вспять культурного потока в начале 20-го века вывело на поверхность самые архаические слои культуры. Увлечение оккультизмом, мистикой, магией охватило все «цивилизованные страны», не только Россию. Этот регрессивный процесс к тому же накладывается на расцвет и популяризацию египтологии, связанный с недавними открытиями археологов и расшифровкой египетских иероглифов.

И в этой связи не вызывает никакого удивления появление в Советской России сразу после строительства Мавзолея ещё и «тайного общества» под красноречивым названием «Атон». Речь идёт о небольшом кружке литераторов и деятелей культуры, который был создан поэтом Максимилианом Волошиным и базировавшемся в Коктебеле. В числе гостей и вероятных участников этого «тайного общества» был и Михаил Булгаков, посетивший Коктебель в 1925 году.

Мы уже выяснили, что ключевое слово «мастер» открывает нам два верхних слоя символики – советский, «массолитовский» и масонский. Однако масонская символика во многом повторяет и базируется на символике алхимической. А та в свою очередь произрастает из ещё более древней герметической и магической символики, причём именно древнеегипетской. И если значение масонской символики Булгаков мог выяснить из книги своего отца и из общения с ним, то с алхимической, герметической и древней магической символикой он мог поближе познакомиться именно в кружке «Атона», символика которого, кстати, весьма созвучна горьковским «детям Солнца».

Собственно именно поэтому мы и должны всерьез отнестись к такой забавной книжке как «Тайна Воланда» О. и С.Бузиновские. Вообще говоря, книжка эта должна служить наглядным примером того, как не нужно исследовать и интерпретировать факты. Авторы исповедуют такой же некритический, «инфантильный» подход к источникам, как и многие другие булгаковеды.

Да, действительно, мы имеем очевидный блистательный результат работы Автора в виде магического текста Романа. Но разве из этого следует, что всё, что ни написал Автор в процессе создания шедевра, является столь же чудесным. Скорее наоборот, всё, что Автор не включил в окончательную версию, было им признано ненужным или ошибочным. Точно также и в исследовании истории кружка «Атон», работа которого, безусловно, повлияла на судьбы советской литературы, не стоит брать на веру всё, что когда-либо писалось или говорилось. Тогда не пришлось бы краснеть за детскую интерпретацию собранного ценнейшего литературоведческого материала.

Непосредственно к Булгакову в книге Бузиновских относятся две различающихся по содержанию линии исследования. Первая идея, по всей видимости, заимствованная из той самой газетной публикации 1994 года «Роман в свете багровой луны» - это зашифрованное тождество фигур Воланда, Мастера и Иешуа, вытекающее из совпадения некоторых внешних черт и атрибутов всех трёх героев. Из этого авторы делают довольно смелый вывод о том, что Булгаков зашифровал в образе Воланда-Мастера Христа во втором пришествии. Сразу скажем, что эта версия действительно имеет право на существование и заслуживает дополнительного изучения. Но, выдвинув или пересказав одну из версий толкования булгаковского Романа, Бузиновские тут же всуе используют столь хрупкую версию для продвижения совсем другой и главной для себя версии – будто единственным прообразом Воланда был гениальный советский авиаконструктор Роберто Орос ди Бартини, который действительно общался с литераторами-членами «Атона» и, по всей видимости, оказал действительно большое влияние на творчество таких писателей как И.Ильф и Е.Петров, В.Катаев, Л.Леонов, А.Толстой, Н.Носов, Е.Шварц, Ю.Олеша, Е.Парнов, И.Ефремов, братья Стругацкие. Однако из того, что Р.Бартини действительно был «иностранным консультантом» и имел проблемы со зрением немного поспешно делать выводы о том, что Булгаков именно с него писал образ Воланда. Булгаков вообще любил смешивать краски и образы, забирая понемногу у каждого. Мог он воспользоваться и некоторыми чертами Бартини. Однако гораздо больше нам говорит тот факт, что в отличие от книг других членов «Атона», у Булгакова нет или почти нет в тексте «тайных» знаков, обозначающих его участие в увлекательной общей литературной игре.

Вот Остап Бендер – тот действительно, в этом Бузиновские меня убедили, списан Ильфом и Петровым целиком с Роберто Бартини, включая такие яркие детали как белый шарф и иностранное происхождение из-за Дуная. Как и авторы «Золотого телёнка» (кстати, один из древнеегипетских символов Солнца как и диск Атона), другие писатели-члены «Атона» в порядке интеллектуальной игры вплетали в сказочное, сатирическое или научно-фантастическое повествование в качестве второго смыслового слоя некую систему символов, указывающих на какое-то тайное знание, имеющее явно масонские или алхимические значения и восходящие к древнеегипетским корням.

По всей видимости, Роберто Бартини, приехавший или вернувшийся из Италии или Франции в 1923 году, действительно читал молодым советским писателям лекции об алхимической символике, о занимавших в это время европейскую и местную интеллигенцию оккультных тайнах – о якобы уцелевших в пожаре александрийской библиотеки папирусах, о чаше Грааля и золоте тамплиеров, о поисках спрятанной Иоанном Грозным «либерии» и тайном наследии Фрэнсиса Бэкона, якобы переправленном тоже в Россию. Бартини, судя по успехам его учеников, действительно был гениальным интерпретатором и рассказчиком, хорошо разъяснившим высший смысл алхимических мистерий, которые означали поэтапную «трансмутацию» и восхождение творческой личности на новые уровни совершенства, обладания смыслом и силой божественного Логоса.

«Тайна творчества», создание условий для раскрытия творческих возможностей человека было предметом интереса и Максимилиана Волошина, и архитектора Константина Мельникова, также члена «Атона». Первый создал для этого творческую лабораторию Коктебеля, второй увлекался проблемами сна и спроектировал для этого свой знаменитый круглый дом. То есть волошинский «Атон» действительно был попыткой ответа на тот же самый вопрос о «новом человеке», о «детях солнца», об условиях полного раскрытии творческих задатков в человеке. Именно поэтому «Атон» не мог не привлечь пристального внимания Булгакова, как и те идеи, которые здесь проповедовали. Однако, судя по тому, что в последней редакции Романа большинство намёков и знаков, указывающих на «Атон» исчезли, Булгаков был не вполне очарован этим «тайным обществом».

 

Судя по тем скудным и отрывочным биографическим сведениям о Бартини, которые сохранились благодаря воспоминаниям его коллег и знакомых, есть гораздо более простое объяснение всем «чудесам» и «тайнам», связанным с его загадочной биографией. Дело в том, что Бартини оказался очень близким знакомым не кого-то, а начальника советской разведки Берзина. Кроме того, Бартини путешествовал в начале 1920-х по Европе вместе с архитектором Б.Иофаном, а потом вместе с ним помогал Вере Мухиной соорудить знаменитую скульптуру «Рабочий и колхозница» на Парижской выставке. Но Б.Иофан – это не просто советский архитектор, а соавтор самого Иосифа Виссарионовича Сталина по проекту Дворца Советов, который также как скульптура Мухиной зависел от передовых металлургических и сварочных технологий. Которыми и занимался авиаконструктор Бартини, создатель знаменитого бомбардировщика «Сталь-7», который был также выбран Сталиным в качестве персонального самолёта.

Российская военная разведка, а потом и советская разведка не могли пройти мимо той самой волны оккультных, магических, алхимических кружков и салонов, а также масонских лож, которые расцвели пышным цветом по всей Европе и Северной Америке. Не использовать эти каналы для влияния в зарубежных державах было бы глупо, и все мировые разведки этим занимались и занимаются. Но успех здесь сопутствует тому, кто создаст наиболее привлекательную легенду о некоем гении непонятного происхождения, чей жизненный путь буквально предсказан в книге Э.Войнич «Овод». Или может быть срисован с этого образа? Если же в целом ряде самых популярных книг советских авторов будет зашифрован образ такой «тайной организации», хранительнице наследия Ф.Бэкона, тамплиеров и сокровищ александрийской библиотеки, то обработка потенциальных адептов в Европе, особенно интеллигенции, писателей, может пойти куда успешнее. И похоже, что тот же Сент-Экзюпери вполне вписался в ученики «Атон».

Эта версия объясняет также ту необычную роль «иностранного консультанта» при генеральных конструкторах А.Туполеве, С.Королёве, которую Бартини играл в дальнейшем. Однако, даже использование сведений научно-технической разведки не умаляет гениальности самого Бартини, умевшего блестяще интерпретировать и воплощать в практику чужую информацию или же свою интуицию. Теперь и не отличишь. В любом случае настоящую биографию, настоящее имя и историческую роль Бартини в успехе советского сталинского проекта мы узнаем лишь, когда будут рассекречены самые тайные архивы разведок.

Эта версия легко объясняет и ту дисциплинированность, с которой советские писатели расставляли «тайные знаки» в своих книгах. Поскольку эта интеллектуальная игра открывала «зеленый свет» для их массового издания. Да и история с возвращением на сцену «Дней Турбиных» после звонка Сталина Булгакову имеет небольшую такую подробность. Якобы ещё до звонка Сталина вопрос об «амнистии» Булгакова был положительно решён внутри самого ОГПУ. Не связано ли это с участием Булгакова в литературном кружке «Атона»? Однако, после разгрома прежнего руководства ОГПУ и после ареста в 1938 году самого Бартини актуальность этой «игры» для Булгакова была потеряна и более того, участие в ней стало опасно.

Поэтому лишь в первой главе Романа мы можем найти небольшой и хорошо скрытый намёк на один из источников символики Романа. Как мы все помним, Роман начинается на Патриарших возле будочки с надписью «Пиво-воды» очень жарким вечером. Сразу после принятия внутрь «абрикосовой» перед глазами Берлиоза возникает из воздуха колышущийся образ «клетчатого гаера». При первом знакомстве этот самый «клетчатый» представляется как «регент». Так вот, выясняется, что пиво «Регент» производится в небольшом чешском курорте минеральных вод «Бартини лазне» или «Бартинибад», откуда и происходит псевдоним наставника «Атона». А сама Чехословакия с её знаменитыми курортами до войны была главной внешней базой советской разведки, наряду с Югославией, откуда Бартини якобы был родом. Однако, согласитесь, что обнаружить в Романе намёк на фамилию Бартини можно только, если точно знаешь, что ищешь.

Тем не менее, Булгаков вынес из алхимических штудий «Атона» гораздо больше смысла и символики, и использовал это содержание в Романе. Как совершенно верно пишут в своём «Комментарии» к Роману И.Белобровцева и С.Кульюс, помимо «масонского» слоя символики, в Романе присутствует «магический» и «алхимический» слои. При этом алхимическая символика присутствует именно применительно к Мастеру, который является объектом алхимического процесса, проходящего через ряд последовательных «превращений». В алхимическом мифе косная материя, пройдя через ряд перемен, соответствующих 22 картам Таро и буквам древнееврейского алфавита, достигает совершенства, полного превращения. Эти превращения и происходят по ходу Романа с Мастером, который потому и выступает, если не в пассивной, то в страдательной роли. Завершаются все превращения «сотворением мира», который Мастер описал в своём Романе, где в «небесном Ершалаиме» обитают Иешуа и Пилат. При этом сам Мастер достигает той степени совершенства, когда его Слово завершает творение этого мира и отпускает на свободу Пилата.

Однако, это еще не всё, что необходимо сказать по поводу древнеегипетской символики в связи с Романом и Автором. Эта тема имеет прямое отношение к главному вопросу – является ли Воланд тем же и ли таким же духом, что и фаустовский Мефистофель.

Нетрудно убедиться, что вся научная и «оккультная» деятельность Р.Бартини относится к естественно-научной сфере и к алхимическим и герметическим корням этого естественно-научного мировоззрения. То есть если самый загадочный советский гений и является чьим-то воплощением, то не Воланда или Мастера, а скорее – самого Фауста в последнем «пятом акте» его алхимического восхождения к вершинам знаний.

Можно напомнить и о том, что Древний Египет действительно является тем местом и временем, откуда происходят первоначальные научные знания о внешнем, материальном мире, которые изначально были облечены в магическую, а затем в герметическую форму. Именно в этом смысле в Священном Писании материалистический, плотский «Египет» противопоставляется духовному «Израилю». Например, такие слова из Откровения Иоанна Богослова: «…на улице великого города, который духовно называется Содом и Египет, где и Господь наш распят», становятся более доступны пониманию, если знать это противопоставление материального, плотского, «египетского» духовному. Иисус распят и умер во плоти, в материальном мире, но вечен и бессмертен в высшем, духовном мире.

Поэтому возрождение на площадях и улицах Москвы древнеегипетских, алхимических, масонских символов – пирамид, пентаграмм – очень точно отражает символику материалистического мировоззрения, попытку достичь совершенства не путём внутренней духовной работы, а некими магическими действиями в материальном мире. Неважно, идет ли речь о строительстве особого дома для «творческого сна», или о новой «вавилонской башне» Дворца Советов, где трудились бы будущие «дети солнца».

Попытка улучшить литературные произведения путем механического, то есть внешнего соединения с «алхимическими мифами» - из той же серии. Но справедливости ради, нужно сказать, что не Бартини, а скорее – Максу Волошину удалось достичь искомого результата, то есть создать необходимую творческую среду, из которой произрасли по-настоящему талантливые произведения. Но это произошло не из внешних, материальных условий, а из общения талантливых личностей, и из их собственной внутренней работы. Что же касается отношения самих писателей, то есть студентов школы «Атон» к Бартини и его материалистической мифологии, то наилучшим ответом является, скорее всего, довольно ироничная сцена из «Золотого телёнка». Помните в купе поезда, где обаятельный Остап развлекает и веселит студенческую компанию? Однако, его попытка раскрыть правду о себе, как обладателе «сокровища», символизирующего «тайное знание», приводит к общей неловкости и разочарованию.

Схожие метаморфозы претерпевает и текст ранних редакции Романа. Например, в первой главе Воланд поначалу признавался в своем интересе к рукописям Бэкона и монаха Гильдебранда. Причём речь, судя по умолчанию статуса и имени Бэкона, речь шла и об интересе к Ф.Бэкону, то есть к основателю новейшего научного материализма. В связке с Маргаритой Валуа, душа которой в этой же редакции считалась переселенной в Маргариту Николаевну, это задавало вполне определенный смысл и ответ на вопрос «Так кто же ты?» в смысле тождественности Воланда и Мефистофеля, то есть возможности достижения совершенства человека и общества на путях сугубо материалистической науки.

Но в последней редакции Булгаков освобождает Маргариту от переселения души распутной Королевы Марго и заменяет Бэкона на чернокнижника Герберта Аврилакского. Речь идёт, между прочим, о средневековом алхимике, который стал римским папою. То есть сменил материалистическое на духовное, ушёл из «Египта» в «Израиль».

Однако это не означает полного отрицания роли «Египта», то есть материалистического знания в достижении духовного совершенства человека и человечества. Тот же основатель иудаизма, прежде чем смог вывести свой народ из Египта в землю обетованную – «И научен был Моисей всей мудрости Египетской, и был силен в словах и делах».

Соответственно, Воланд, который следует за Гербертом Аврилакским, это не просто некий пребывающий в вечности дух, посланный на Землю, но дух совершенствующийся, развивающийся, сомневающийся и стремящийся к совершенству так же как Мастер, но не в страдательном, а в активном залоге. Если Булгаков именно это имел в виду, то это достаточно революционный подход к изображению духов и потусторонних сил. Но, между прочим, отказ Автора от прямого переселения душ от Маргариты Валуа к нашей Маргарите при сохранении родственных связей – это тоже намек на аналогичное превращение, совершенствование души.

Есть в Романе и ещё один прозрачный намёк на то, что и духи могут совершенствоваться. В последней главе Воланд говорит о Фаготе, вновь ставшем рыцарем, что теперь он искуплён. То есть он тоже сначала прошёл через превращение из рыцаря в «нечистый дух», а теперь искуплен и вышел на новый уровень вместе с Мастером. Наверное, тоже самое относится и к нашему Бегемоту, вернувшему себе человеческий облик. Но в своём кошачьем обличье он однозначно принадлежал к сонму «египетских», материалистических символов.
 

Впрочем, то ли ещё будет.


Tags: Булгаков, ММ, анализ, историософия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments