oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

MMIX-46


Мы оставили героиню нашего Романа в момент, когда она училась ориентироваться для самого свободного полёта в этом подвластном её желаниям подлунном пространстве. Выбранный ею маршрут должен, по идее, соответствовать указанию Азазелло – в направлении на юг. Автор уделяет столь много внимания положению луны на небосклоне и географическим ориентирам, что придётся признать, что это действительно имеет какое-то существенное значение.

Положение луны в майское полнолуние уже помогло нам обнаружить на Спиридоновке прототип дома мужа Маргариты. Поэтому нас не удивляет, что Автор и в главе «Полёт» использует Луну как один из самых надёжных ориентиров. Хотя бы потому, что в полнолуние, в самой высокой точке Луна всегда должна находиться где-то на востоке. А в майское полнолуние, то есть посередине между весенним равноденствием и летним солнцестоянием присутствует ещё и не очень большое, но существенное смещение к югу.

Следовательно, если во время стремительного полёта Маргариты луна находится слева по курсу, то сам полёт действительно ориентирован в целом на юг и при этом немного к западу. То есть первоначальный румб – юго-юго-запад или юго-запад.  В самом конце полёта Маргарита резко снижает скорость и делает поворот на 90 градусов та, что Луна остаётся за спиной. Это означает относительно короткий отрезок пути примерно на северо-запад. Таким образом, конечная точка должна находиться где-то на юго-западе от Москвы на относительно большом удалении, но не слишком.

 

Некоторые комментаторы из общего направления на юго-запад или на запад через юг выводят, что Маргарита направлялась на одну из сказочно-известных точек – либо на Броккен, либо на остров Буян, он же Рюген. Однако, этому выводу противоречит топография местности, которую Автор описывает очень подробно, чтобы у нас не возникло никаких сомнений в истинном маршруте. Никаких высоких гор как в Гарце на маршруте не наблюдается, только невысокие холмы, поросшие балтийскими соснами и ледниковыми валунами. Но и никакого берега моря Маргарита не достигает, хотя бы потому что после поворота на северо-запад летит очень медленно. А достигает какой-то низменной, болотистой местности.

Очень важно, что при движении на юго-запад Маргарита всё время летит над лесистой местностью, а не над степью или лесостепью. К этому можно добавить ориентир в виде двух или трёх небольших рек и ещё одного, более широкого водного зеркала, в котором можно проследить движение отражённой Луны. Лично я, сопоставляя все эти ориентиры, прихожу к однозначному выводу – полёт Маргариты выводит нас к Днепру чуть севернее Киева. Соответственно, следующая река, на высоком украинском берегу которой Маргарита высаживается – это Припять, за которой находится уже Белоруссия. Белорусская земля действительно в среднем низменная и в своём природном состоянии болотистая. Точно также и «меловая гора» является наиболее типичным образом для большей части территории Украины.

Теперь обратим внимание вот на это: «Под Маргаритой хором пели лягушки, а где-то вдали, почему-то очень волнуя сердце, шумел поезд». Почему это какой-то ночной поезд должен волновать сердце – если не Маргариты, то Автора? Типичный, кстати, приёмчик этого шутника для того, чтобы обратить особое внимание на деталь, требующую истолкования. Ночной поезд в тексте Романа встречается ещё только раз, в 18 главе. И поезд этот должен был отбыть из Москвы в Киев именно вечером этой самой пятницы. Поэтому есть все основания полагать, что скорый поезд, который обогнала Маргарита, уносил домой незадачливого, но сообразительного дядю Берлиоза. 

Теперь, когда мы самостоятельно добрались почти до Киева, можно снова вспомнить о четвёртом ключе, с помощью которого мы исследовали текст 21 главы. Средняя часть этой главы, описывающая дальнее путешествие, должна была каким-то образом пародировать содержание той самой главы 18, в начале которой из Киева появляется Максимилиан Андреевич. Ночной полёт Маргариты напоминает нам не только о гоголевских «Вечерах на хуторе», но и о трагедии крушения надежд киевского экономиста, которая не окончилась ещё более печально лишь потому, что Автору понадобился этот самый вечерний поезд.

Однако в 18 главе в «нехорошую квартиру» кроме Поплавского заглядывал ещё один незадачливый визитёр. Поэтому мы с ещё большим интересом сравним визит буфетчика Варьете с полётом летучего борова под управлением Наташи. Заметим, что памятным визитом Сокова также руководила обнажённая домработница Гелла. Оба персонажа держат в передних конечностях портфельчик с важными бумагами, которые не желают терять даже в этих странных обстоятельствах. Буфетчик после общения с Воландом возвращается на верхний этаж, чтобы ещё раз пообщаться лично с Геллой. После чего на его лысину случаются невероятные приключения. Но точно также после общения с Маргаритой поступает и Николай Иванович. Так что, как и Сокову, остаётся сломя голову искать спасения и требовать, просить, умолять возвратить прежнее безмятежное состояние ответственного работника и порядочного семьянина.

Шутки шутками, но все эти пародии на трагедию маленького человечка нас интересуют лишь в связи с проекциями на 21 главу сокрытых в них идей. Такой идеей в 18 главе было избежание опасности искажённого откровения. Новое вино не должно наливать в старые мехи. Чему же ещё, кроме овладения путеводной интуицией, необходимо научиться Маргарите? Автор достаточно ясно, хотя и аллегорически, рассказывает сначала – как не следует, а потом – как нужно делать. Не следует мчаться сломя голову через все открывшиеся творческой фантазии необъятные пространства, нужно быть внимательным к живым подробностям, чтобы воплотить художественное откровение в новые образы. Скольжение вниз к конкретным живым образам важнее и намного приятнее, чем овладение абстрактными бесконечно пустыми пространствами и временами.

Но кроме этой обобщённой идеи, требует разъяснение вполне конкретное направление движения Маргариты в направлении Киева. А ещё требует объяснения, почему движение в этом направлении продолжила только Наташа на летучем борове? И почему сама королева свернула при этом на северо-запад, чтобы набраться сил и терпения для предстоящего Великого бала именно в уютном заповеднике белорусских русалок?

Пока что на эти вопросы ответа нет. И придётся нам перебирать все доступные ключи, чтобы найти скрытый смысл. Напомню, что пятый ключ – это новозаветное учение о трёх ипостасях личности, трёх частях психики - духе, душе и телесной (плотской) сущности, не считая четвертой части – «внутреннейшего» над личностью. Сразу оговоримся, что это довольно сложная и немного запутанная материя, но мы попытаемся говорить об этом простыми словами. Именно для этого нужна символика «мужа» и «жены», к которой Автор добавил ещё «мастер» для обозначения третьей части в личности художника. Очевидно, что в части «жены» эта символика имеет прямое отношение и к 21 главе.

Символика «мужа», «жены» и «мастера», главой которых в христианском идеале должен быть Иисус, очевидно, перекликается с ещё одной найденной нами закономерностью, повторяющейся в отдельных частях сюжета Романа. Речь идёт о шестом ключе – «один плюс три»: учитель и три ученика, три главных помощника у прокуратора и у консультанта. Так и в личности каждого художника живут, взаимодействуют и конфликтуют три главных ипостаси. Первая из них исполнительская, отвечающая за освоение художественной техники и технологий, то есть «мастер». Вторая ипостась, называемая «душой», отвечает за мотивацию, то есть попросту – за желание «мастера» работать над произведением и над собой и за эмоциональную подпитку этой работы. Третья ипостась или «дух» является нравственной инстанцией, сдерживающей и направляющей движение мотивационной, эмоциональной ипостаси, задающая жизненные цели.

Увы, но далеко не всегда мастерство художника или писателя бывает опосредованно подчинено творческому духу. Даже самая страстная «жена» может быть послушной совсем иному «мужу» - духу материального благополучия, мирского успеха. В этом случае личность художника начинает страдать от разделённости, а сама жизненная мотивация начинает «гулять», покидать «мастера». Ведь мирской успех, особенно при наличии имени, гораздо легче заработать иными, нетворческими методами – короче говоря, проституировать. Возникающий эмоциональный вакуум наполняется мертвящими страхами, а созданные в результате такого компромисса произведения не устраивают ни творческий дух, ни мирской. Об этом «мастеру» сообщит его лучший друг – «внутренний цензор», который так не нравится своенравной «жене». Потому и не нравится, что она видит в этом зеркале своё отражение. Вся эта болезненная ситуация описана в 13 главе, в рассказе Мастера, и она действительно имеет мало общего с настоящей, вечной, верной любовью.

Нет, наша «жена», оставаясь верной «мужу», действительно по-своему любит своего «мастера». Без «мастера» её существование не имеет никакого смысла кроме бесплодного потребления мирских удовольствий. Но ипостась «мастера» под влиянием преданной мужу жены страдает от творческой импотенции, а следом и сама «жена» становится злой ведьмой. И только психологический кризис, моральный крах прежнего мирского духа может наставить потерпевшую на путь исправления, если только она не растратила энергию любви, не пролила «масло». Происходит освобождение мотивации художника от довлевших над нею внешних оков. Однако внутренняя нравственная инстанция тоже ещё не вступает в дело. Душа художника оказывается во власти самой настоящей безудержной Фантазии, которую ещё пока нельзя назвать творческой фантазией. Ибо «жених» хотя и возвестил через друзей о будущей свадьбе, но ещё не пришёл. Точнее, это невеста ещё не готова, ещё не научилась сдерживать свой буйный норов, ещё не готова вполне подчинить воле действительно творческого духа.

Вообще аллегория Полёта Фантазии, похоже, даёт нам и представление о внутреннем состоянии психики во время так называемого «кризиса среднего возраста». Главной жизненной целью в этот период является возвращение прежнего «мастера», поэтому сама «бывшая жена» становится временной нравственной инстанцией, повелительницей всех демонов и ведьм, проснувшихся в душе. Но при этом на месте отсутствующего «мастера» оказывается тот самый «буйный норов», а эмоциональную роль пришпоривающей его мотивационной инстанции выполняет другая из подчиненных ипостасей «бывшей жены». Ведь своя триада помощников есть у каждого – и у «мастера», и у «жены». У Маргариты – это Николай Иванович, Наташа и теперь уже, как первая ниточка, связывающая её с будущим «женихом» - Азазелло. Наташа лично предана самой Маргарите и тоже обрывает связь с прежним домом. Поэтому теперь только плаксивый, но исполнительный «Боров» связывает освобождённую личность с материалистическим духом.

Нам удалось применить ещё два ключа, освоить с их помощью аллегорический язык посланий апостола Павла, но до Киева этот язык нас пока не довёл. Поэтому придётся воспользоваться следующими ключами. Впрочем, на самом деле седьмым и восьмым ключами мы тоже уже пользовались по ходу рассуждений. Поэтому вся наша надежда на последний девятый ключ и метод предметного анализа в сочетании с седьмым ключом универсальности.

Хочешь – не хочешь, но столь настойчивая и конкретная привязка маршрута «Полёта» к восточно-европейской географии обязывает нас вспомнить об историческом и политическом подтексте, который мы обнаруживали в большинстве предыдущих глав. Собственно, мы последний раз делали такую попытку в связи с 19 главой, но забраковали её из-за излишней субъективности. В конце концов, никому ещё не удавалось до наступления похожих событий угадать исполнение такого рода предвидений как, к примеру, у Нострадамуса. А мы даже не знаем, произошли уже или ещё нет какие-то события, которые описаны в этом блоке глав с 19-й по 21-ю. И всё же попробуем продолжить уже известные нам ряды исторических периодов, привязанные к конкретным стадиям.

Мы достаточно уверенно привязали главы 14, 15 и 16 к трём «нисходящим» периодам советской истории после Великой русской революции: приблизительно 1917-1922 (Союзный договор), 1923-1930 (Великий перлом), 1931-1941 (Великая война). С помощью принципа зеркальной симметрии стадии 17-19 можно привязать, соответственно, к периодам 1941-1964, 1965-1991, 1992-2008. Последняя цифра, скорее, условна, но примем её за экспертную оценку.

Итак, 19 стадии в исторических процессах соответствует период Реставрации на излёте бывшей революционной политической системы. Понять это нам в России помогает классический пример французской революции, где аналогичный период Реставрации тоже продлился около 15 лет – с 1814 по 1830 год. Не будем сильно углубляться в политологическое обоснование, просто укажем на главную черту этого периода – моральный крах прежней идеологии. Отсюда чисто прагматическая необходимость заимствования идей и политических форм – как из внешних источников, так и из внутренних дореволюционных. В случае с французской Реставрацией внешние силы были консервативно-монархические, а в нашем случае – либерально-республиканские, вот и вся разница. Однако мимикрия внешних форм не сильно затрагивала постимперские или постсоветские стереотипы поведения элит и общества.

Теперь сравним с этой общей характеристикой периода Реставрации сюжет 19 главы. Только нужно правильно назвать действующих лиц, которым в нашей вечно повторяющейся истории будут соответствовать маски «мужа», «жены» и других персонажей. Как мы уже догадались, в роли постылого «мужа», спешно покинувшего политическую сцену в 1991 году, выступает прежняя идеология исторического материализма. В роли «жены», призванной высказывать желания и давать эмоциональные оценки, выступает так называемая активная общественность. При этом подчинённой частью этой самой общественности является служащая часть интеллигенции, так похожая на нашего благообразного Николая Ивановича. Что касается карнавальной маски «Наташи», то её родственная связь с Геллой из 18 главы была нами только что изобличена. Просто идеологическая Реставрация включает и смену имиджа масс-медиа. Что же касается инстанции, которая руководит её одной частью активной общественности, то ей нет необходимости даже менять маску Азазелло. Просто Азазелло сетует на вынужденную смену поручений в рамках своего рода деятельности.

В рамках большого периода Реставрации 1990-х можно достаточно легко обнаружить событие, похожее на «похороны тела Берлиоза». Это всё та же осень 1993 года. Марксистскую «голову» советской системы «украли» ещё перед самым началом 19 стадии. Осталось только «тело» советской системы – тот самый депутатский корпус Съезда народных депутатов, от которого в 17 главе осталась одна форма. Заметим, что активная общественность действительно демонстрировала словесную агрессию в адрес коллег и соратников покойного.

Появление Азазелло именно в момент «похорон» тоже неплохо укладывается в канву политических событий. Спецназ из группы «Альфа» принял самое активное и решающее участие в «похоронах тела». Была эта самая группа замечена в окрестностях того же самого Белого дома и в августе 1991 года, когда и была «украдена голова».

После изобличения перед активной общественностью активных участников «похорон тела», Азазелло приобретает определённый кредит доверия. Затем происходит перебранка как между давно знакомыми, пока наконец общественность во финале 19-й стадии не начинает возлагать именно на спецслужбы основные надежды на исполнение своих заветных желаний. Вот вкратце сюжет очередной серии.

Мы по ходу действия этой политического дивертисмента упомянули мимоходом 17 главу. Не буду утомлять читателей обоснованием, но придётся вам поверить на слово эксперту, что период Реставрации 1992-2007 годов также можно разбить на такие же стадии меньшего масштаба: 14 стадия – с ноября 1991 по март 1992 (Федеративный договор), 15 – с марта по декабрь 1992; 16 – с января по октябрь 1993 («похороны» Съезда); 17 – с октября 1993 по июль 1996; 18 – с июля 1996 по август 1998 («дефолт»); 19 – с сентября 1998 по 31 декабря 1999 года.

Не так уж трудно заметить, что внутри большого периода Реставрации можно обнаружить свой собственный «революционный цикл» и свой собственный малый период Реставрации. Это когда противоречивая идеология «реставрационной революции» потерпела моральный крах, «дефолт», и пришлось звать дедушек Примакова и Маслюкова, чтобы использовать позднесоветские методы для выхода из глубокого кризиса. Однако и этот шаг не выходил за рамки реставрационной прагматики, просто революционная Реставрация сменилась консервативной при опоре на спецлужбы.

Я опять же не стал бы утомлять читателей всеми этими политологическими подробностями, если бы у нас был иной способ заглянуть в ближайшее будущее. Чтобы понять, какой политический подтекст может соответствовать 20 или 21 главе, придётся смотреть на ближайший к нам аналог. И таким аналогом является как раз разбиение на стадии большого периода Реставрации 1992-2007 годов. У нас есть определённые основания полагать, что на рубеже 2008 года российская Реставрация завершилась, и началась 20 стадия. Какие это основания? Во-первых, достаточно долгий период двоевластия, симметричный окончанию 13 стадии перед Октябрьской революцией. Во-вторых, полный отказ политики от какой-либо идеологии, сосредоточение на чистой прагматике выживания в мировом кризисе, опять же симметрично периоду первой мировой войны. В-третьих, вот уже второй год политическая система перешла в режим напряженного ожидания каких-то внешних сигналов, что так похоже на начало сюжета 20 главы.

Мы наблюдаем лишь самое начало 20 стадии на уровне большого политического процесса, охватывающего политическое пространство бывшего Советского Союза. То есть и украинские холмы, и белорусские низины. Видимо, именно этот подтекст имеет виду Автор, посылая «летучего борова» в направлении Киева. Как же нам узнать, что может быть дальше? Видимо, сравнивая с похожими политическими процессами – с той же французской революцией 1930 года и следующими периодами. А также с периодом 2000-2007 годов в масштабах федерального центра российской политики. Так, по моей экспертной оценке, эту финальную четверть большой Реставрации можно разбить на стадии так: 20 стадия – с января 2000 по октябрь 2003 (арест Ходорковского); 21 стадия – с октября 2003 по декабрь 2005 (начало восхождения Медведева); 22 стадия – 2006-2007 годы.

Опять же, не навязывая читателем своих политологических воззрений, просто обращу внимание на то, что ключевым событием 21 стадии даже для внутрироссийского политического процесса была «оранжевая революция» в Киеве в декабре 2004 года. Именно это ключевое событие определяло очень нервное окончание 21 стадии, включая неудачную попытку использовать «оранжевые технологии» для возможного срыва выборов в Москве в декабре 2005 года. Этот провал повлиял на выбор дальнейшей стратегии в пользу варианта, который отстаивал Медведев. Заметим также, что после «оранжевых» событий в Киеве, грозивших Кремлю «эффектом домино», одним из главных стабилизирующих факторов для российской политики оказалась консолидация «политического болота» в соседней Белоруссии. Это если кратко и в общих чертах.

Нужно заметить, что «оранжевая революция» в Киеве – действительно заслуживает кавычек. Во-первых, с точки зрения целей и технологий это была не вполне удачная попытка дворцового переворота с привлечением «большой массовки». Часть задачи – сдерживание «донецких» олигархов была выполнена, но и сами инициаторы авантюры – «киевские» олигархи не удержались на своих позициях. Во-вторых, даже если назвать это «верхушечной революцией», то её явная незавершенность и половинчатость слишком близка к историческому аналогу первой русской революции. То есть очень вероятно, что в результате втягивания страны в мировой кризис результатом может быть более ещё одна  «верхушечная революция», но более масштабная и разрушительная.

В отличие от украинской «верхушечной революции» в России и вовсе возможна лишь «революция сверху». И первая репетиция такой антиолигархической «революции сверху» в России уже произошла, причём на год раньше чем в Киеве. Речь идёт не столько даже об аресте Ходорковского, сколько о срыве олигархического сценария на выборах в Госдуму осенью 2003 года. В результате этого политического контрпереворота и была сформирована нынешняя «полуторапартийная» система.И если уж на то пошло, то разгром в доме Драмлита пародирует именно ту часть 17 главы, которую мы ранее уже связали с парламентскими выборами.

Собственно, и в сюжете 21 главы Маргарита сначала учиняет безобразие и разгром в Москве, а только потом направляется к Киеву. Правда потом тормозит, и посылает вместо себя младшую ведьму на борове. Этому тоже есть своё объяснение. Дело в том, что и уже состоявшаяся репетиция, и будущая «революция сверху» в России будет иметь иную идеологическую природу, чем киевские «верхушечные революции». Просто в силу принципиальной разницы в структуре и психологии русской и украинской наций. Украинская нация вынужденно, в силу стратегических интересов стабильности всех соседних держав объединяет культурно разнородные регионы, исповедующие не вполне стыкующиеся духовные ценности. Такая нация может быть объединена только на «внешних» общих ценностях. Даже самые идеалистические мечты каждого украинца в отдельности всё равно требуют для своего исполнения некое материалистическое объединяющее начало. Именно поэтому здесь никуда не деться без «борова с портфелем», то есть без материалистического наследия Ф.Бэкона. Кстати, неплохой каламбур сложился – «бекон» как символ украинской «революции».

В этой констатации особенностей национальной психологии нет ничего обидного для украинской нации, поскольку на таких же точно «внешних» основаниях складывались такие великие державы как Австро-Венгрия, США, да и та же Франция, особенно времён Маргариты Валуа. А вот великорусская нация в своё время складывалась несколько на иных основаниях, на основе общности «коллективного бессознательного» и духовных ценностей. Поэтому русским нет нужды выходить на улицы, чтобы эмоционально прочувствовать свою общность. Для этого у них есть другие психологические функции как интуиция. Вы скажете – а как же тогда Великая русская революция? Но в том-то и дело, что Российская империя, а потом Советский Союз вынужденно, в силу геополитики объединяли не одну нацию, а множество разных народов. Включая и будущих украинцев, и кавказцев, и латышей с евреями, для которых внешняя материалистическая основа объединения была необходима, как и французам в 1789 году. Но эта революция всё равно является Великой русской революцией, потому что наличие внешних мотивов у другой части участников не отрицает глубокого внутреннего мотива у основной части. Поэтому Русская революция была и остаётся столь противоречивой - одновременно национальной и антинациональной, материалистической и духовной, радикальной и консервативной.

Сегодня же, после завершения очень важных этапов внешней материальной и внутренней духовной работы по формированию общей цивилизации, Россия добровольно отпустила в свободное плавание созданные с её помощью братские нации. И поэтому имеет возможность обойтись в своих внутренних делах без особых внешних эффектов и эксцессов. Поэтому будущая революция сверху в самом начале 21 стадии в России будет консервативной революцией. Собственно, в этом и есть одна из причин того, почему муза этой будущей революции так уютно чувствует себя именно в болотных низинах Белоруссии. Хотя в выбранном для отдыха месте есть и другая символика – это стык территорий трёх братских республик.

Теперь, после столь глубокого политологического экскурса и прогноза, можно приступать к истолкованию последней части 21 главы – собственно «шабаша» на болоте. Для начала, пока не сильно ушли от политики, разъясним образ подвыпившего толстяка в одном лишь чёрном шелковом цилиндре.

Поможет нам в этом имя его французской знакомой Клодины, с которой тот перепутал Маргариту. Впрочем, признание в первой ошибке вовсе не означает, что и насчёт «светлой королевы Марго» он не заблуждается. Скорее, означает, чем нет.

Так вот, Клодина. Имя это встречается в массе французских романов и пьес, не говоря уже о газетах. Однако, прежде всего мы обязаны заглянуть в литературные первоисточники, которые были наиболее близки Автору. Достаточно заглянуть в список пьес Булгакова, чтобы составить этот список: Пушкин, Гоголь, Толстой, Сервантес, Мольер. Последний должен быть на особом подозрении как французский драматург.

И действительно практически сразу обнаруживаем у Жана-Батиста Мольера короткую комедию «Жорж Данден или Одураченный муж». Совпадения с сюжетом и образами слишком очевидны – здесь и сцена в третьем действии, когда хозяйку путают со служанкой Клодиной и наоборот. В конце пьесы главный «герой» получает от жены обвинение, что от него разит винным запахом, и вообще он низко пал. Но затем обвиняемый действительно падает на колени и будет прощён. То есть сюжет совпадает.

В чём же смысл это аллегории в контексте или в контекстах 21 главы. Во-первых, сюжет пьесы Мольера в целом напоминает сюжет 21 главы, когда госпожа и служанка сбегают из дома и в конечном счёте оставляют в дураках простака-мужа. Возможно, ещё более интересная подробность заключается в социальном статусе господина Дандена. Жорж Данден – это сельский парвеню, разбогатевший выскочка, женившийся на дворянке и требующий от жениной родни теперь отношения к себе как к высокородному господину. Шелковый цилиндр толстяка тоже намекает на стереотипный образ капиталиста. То есть речь может идти о нуворише, который вдруг остался без штанов. Причём оставил их где-то на берегах Енисея. Удивительно, но факт – именно на берегах Енисея родились самые крупные состояния российских олигархов, в том числе Потанин, Дерипаска, Прохоров. Последний к тому же именно во Франции попал в скандал, в ходе которого был обвинён новой «родней» в неподобающем поведении.

Однако река Енисей является символом также и мест отдалённых, где уже пребывают некоторые из бывших олигархов. В этом случае, возвращение толстяка с Енисея тоже может иметь политический смысл, но и в этом случае он не только получает амнистию, но и падает в глазах окружающих, сохраняя верность этой самой «революции сверху». Тоже вполне возможный вариант развития событий. Однако нам важны не отдельные биографии, а образ всего сословия нуворишей. Ещё год назад, до начала острой фазы мирового финансового кризиса, такое предсказание в отношении всего сословия сочли бы глупой шуткой. А сегодня ситуация совсем иная, и ради «возвращения штанов» российские капиталисты будут готовы присягнуть музе революции.

Немаловажным для нас фактом является жанр мольеровской пьесы об обманутом муже – это фарс в самом чистом и неприкрытом виде. Но между прочим именно с французскими революциями связана знаменитая формула Гегеля о повторении истории в виде фарса. В нашем случае, это ещё один намёк Автора на фарсовый, верхушечный характер предстоящего разгула фантазии революционной общественности.

У нас в запасе остался ещё один, последний поворот четвёртого ключа – мы можем сравнить сюжет финала 21 главы с сюжетом главы 19-й, точнее – с трагической его частью. Поскольку мы ранее обнаружили там и начало фарсового сюжета. Пародирование и здесь имеет место: Сначала идут воспоминания о совсем недавнем прошлом, затем разговор с Наташей, в котором Маргарита дарит её уже не духи, а надежду. Затем героиня не спеша направляется к реке, к крутому обрыву, напоминающему стену с башнями. Издалека слышится музыка, но не похоронная как в трагическом прототипе, а весёленькая. Затем с героиней тоже пытается познакомиться накоротке мужчина, и тоже вынужден удалиться ни с чем. В отличие от 19 главы героиня здесь уже не сдерживает своего желание активно поучаствовать в судьбе участников похорон, то есть, пардон, веселья. И появление козлоногого распорядителя очевидным образом пародирует участие Азазелло.

Теперь снова вспоминаем, какое идейное содержание мы обнаружили в 19 главе. Кажется, это было преодоление субъективности или что-то вроде того. Здесь же, в последней части 21 главы мы видим, наоборот, преодоление остатков неуверенности в своих силах. Этот последний штрих добавляется к овладению интуицией и тренировке внимательности к деталям. В целом же 21 стадию нужно будет так и назвать «Полёт фантазии».

Ну вот, пожалуй, и всё, хватит с нас этих фантазий! Но нет, ещё одна шальная мысль забрела в голову и просится в общее стадо.

Во-первых, мы так и не разъяснили, для чего в сюжете появлялись русалки и ведьмы. И потом мы как-то совсем забыли про бедного Иванушку, олицетворяющего будущую гуманитарную науку. Неужели Автору он уже неинтересен? Если даже и так, то мы восполним этот недостаток. Очевидно, что 21 стадию «Полёта фантазии» должна пройти любая Идея и соответствующее сообщество или личность. Только вот какое отношение к новой науке о человеке может иметь это самое описание шабаша с русалками, ведьмами и музицирующими лягушками? Вы себе можете представить научный трактат с таким содержанием? Вот то-то!

А я могу. Более того, я в своем журнале от 08.08.08 давал не только ссылку, но и рецензию именно на такую работу. Вот это действительно смелая и безудержная фантазия. Но в научном контексте будет правильно называть такую основательную фантазию рабочей гипотезой. И вот что удивительно, эта самая новая гипотеза происхождения человека, новая теория антропогенеза действительно повествует о первобытных русалках, ведьмах, царевнах-лягушках, поющих свои песни на болотистом островке далёкой реки. Самое поразительное в этой научной гипотезе, что она соединяет эволюционистский и креационистский подходы, то есть снимает противоречие между материалистическим и религиозным мировоззрениями, разрушая оба и синтезируя на их основе новое. Впрочем, в эту последнюю фантазию я даже не призываю верить. Если кому-то интересно, можно самим прочитать и убедиться, насколько это серьёзно или наоборот.

А всех остальных, кто не желает оставаться с русалками, прошу обратно в Москву, где назревают новые события.

Tags: Булгаков, ММ, анализ, историософия
Subscribe

  • «Здравствуй, … – новый год»

    Как известно, глобальная финансовая элита издревле празднует свой новый год осенью (в этом году – с 6 на 8 сентября)). После этого, с 1…

  • После Бала (47)

    47. В историю – болезни ( начало, предыд.глава) Еще и еще раз повторим поговорку: Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. В…

  • Такое кроткое лето

    Как и было сказано, никаких особо значимых событий за август не случилось, если не считать давно запрограммированное трэш-шоу в аэропорту Кабула.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments