oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

MMIX (послесловие)


На самом деле, можно было бы ещё минимум полгода внимательно изучать каждую главу, каждую строчку, каждую деталь в Романе. Не ни капли сомнений, что на основе уже найденных первоисточников, ключей и взаимосвязей можно составить ещё два-три тома увлекательного расследования. Но мы всё же поставим точку сейчас. Причиной такого решения является вовсе не усталость или желание завершить, а выросшее за эти полгода понимание воли Автора. 

Если бы сам Булгаков хотел преподнести нам своё тайное знание в тщательно препарированном и разжёванном виде, то к чему были все эти хитрые уловки, ложные ходы для отвода глаз. Нет, Автор явно хотел создать препятствия и стимулы для нашего с вами духовного роста по мере последовательного проникновения в тайны книги. В этой связи вполне позитивным явлением было постепенное отпадение ряда читателей журнала, которым эта версия толкования показалась слишком утомительной. Ну и правильно, наиболее важные идеи должны быть доступны лишь подготовленному к восприятию, зрелому читателю.

Такого рода знание о духовном мире, скрытом в глубинах нашей с вами психики, не случайно имеет в библейских первоисточниках символику «мясной пищи» в отличие от «молока», детской пищи, необходимой для неподготовленных умов. Речь, разумеется, идёт не о физическом возрасте читателя, а о зрелости «внутреннего человека», духа – об уровне развития культуры и обладании нравственной интуицией.

Следуя этим символическим указаниям, мы и приготовляем наше «мясное блюдо» так, чтобы оно оставалось не только свежим, но и сочным. Для этого разделанный и приготовленный к употреблению стейк из «сёмги» нужно вовремя снять с огня, чтобы читатели могли получить удовольствие от собственной интуитивной и интеллектуальной работы над текстом Романа, ощутить вкус и красоту нравственных субстанций.

Прелесть свежеприготовленного блюда ещё и в том, что глубокий анализ и препарирование деталей не нарушили цельность Романа, не оторвали от «мяса» его «похожую на змеиную» внешнюю форму и не снизили художественное восприятие. Наоборот, в отдельных местах и романтическая, и сатирическая линии Романа получили новую глубину. Также стала отчётливо видна внутренняя конструкция, становой хребет из трёх больших рядов и рёбра жесткости, связывающие между собой разные главы. Следует признать, что найденные инструменты анализа оказались достаточно острыми и адекватными.

Обнаруженная нами конструктивная основа, основанная на библейской символике чисел, и девять «ключей» к ней превратили наше исследование из субъективно-интуитивного занятие в совершенно новое качество – объективно-интуитивное. У каждого читателя появилась возможность перепроверить объективную основу для выводов исследователя, хотя окончательные выводы зависят также от глубинной нравственной установки. В этом смысле нельзя ничем помочь людям, которые внутренне сопротивляются самой мысли о существовании «скрытого плана». Однако эта зависимость восприятия Романа и нашего исследования от внутренней психологической установки читателя имеет и положительные стороны. В конце концов, у читателя и даже у исследователя нет необходимости разделять взгляды Автора, но есть возможность проследить их на всю глубину объективных методов анализа.

Поэтому и мы при подведении итогов не будем делать категоричные суждения о существовании духовного мира или о существовании объективных законов духовного мира. Для нас в данном литературоведческом исследовании важно, что мы доказали уверенность Автора в существовании всего этого. В конце концов, трудно убедить тех, на кого не действует «седьмое доказательство» в виде неисчислимых бедствий, обрушившихся на страну, которая давно и сознательно отказалась от веры в Бога, и даже после крушения безбожной власти предпочла просто другую, ещё более изощрённую и лживую версию материализма.

Для тех же, кто хотя бы немного переживает по поводу этих бедствий и возможной связи этих бед хотя бы с существованием чёрта, уже давно имеет свою силу «восьмое доказательство» в художественной форме откровения от Булгакова. Доказательство это иррациональное, на уровне интуитивных чувств, ощущений, но оно имело и имеет силу.

Истолкование Романа – это всего лишь дополнительное «девятое доказательство», которое может воздействовать лишь на тех, кого волнует седьмое и восьмое «доказательства». Поэтому не будем обольщаться в отношении подлинного масштаба нашей исследовательской работы. И всё же какое-то значение она будет иметь, поскольку может помочь канализировать духовную энергию всех истинных почитателей Булгакова из сферы созерцания и эмоций в сферу практической деятельности, мастерства. Хотя бы в качестве примера такой практической деятельности.

Что ещё необходимо успеть сказать в своё оправдание? Нужно заметить, что предложенное истолкование не основано на критике всех предыдущих частных и противоположных версий, в том числе упомянутых в первой главе этого исследования. Наоборот, все частные версии нашли своё непротиворечивое отражение в нашем исследовании «MMIX».

Например, версия Бузиновских о том, что Роберто Бартини был прототипом Воланда, действительно подтвердилась, но только в том смысле, что внешний образ Воланда вбирает в себя черты всех трёх его помощников, включая «регента» Коровьева, который почти целиком списан с Бартини. С учётом этой поправки никаких иных противоречий с версией «Тайны Воланда» не имеется.

То же самое можно сказать и о версии Альфреда Баркова, связанной с именами М.Горького и М.Андреевой как прототипов заглавных героев. И эта версия тоже подтвердилась, но тоже с учётом небольшой поправки – она верна лишь в одном из исторических контекстов в масштабе российской истории ХХ века. Кроме того, она отражает психологическое состояние творческой среды и творческой интеллигенции лишь на стадиях глубокого Надлома Русской идеи.

Наконец, полностью подтвердилась и получила новые масштабы версия 1994 года из приложения к «Новой ежедневной газете», первое истолкование Романа как пророчества событий всего ХХ века и даже далее.

Нельзя обнаружить принципиальных противоречий и с другими известными версиями, связанными не только с окололитературными событиями 1930-х годов, но и с масонской или алхимической символикой, не говоря уже о параллелях с книгами Нового Завета. Все эти версии не только не опровергаются, но дополняются и встраиваются в целостную конструкцию в виде отдельных контекстов, слоёв смысла. И самое главное, выявляется подлинное отношение Автора ко всем этим первоисточникам.

Выявленная взаимосвязь образов, сюжета, символики и идей Романа с книгами Нового Завета и историей рождения христианства настолько глубоки и масштабны, что речь идёт о фактически новом открытии Романа не только для литературоведения, но и для современной философии. Историософское же значение философии и богословия Михаила Булгакова можно раскрыть через понятие «доказательства от обратного». Это один из самых эффектных методов доказательства в математике, но для историософии – это вообще единственно эффективный метод. Потому что иначе неизбежно получается впечатление, да и по существу вариант подгонки решения под заранее заданный ответ.

В общем, не могу удержаться и поздравляю себя и всех читателей с днём рождения «девятого доказательства» и возрождением и без того немалой силы «восьмого доказательства» – бессмертного Романа великого Автора.



 

Tags: Булгаков, ММ, анализ, историософия
Subscribe

  • Не сдавайся, вечнозеленый!

    Перекрытие Суэцкого канала на неделю, минимум – событие глобального масштаба не только из-за многомиллиардных убытков и вынужденного…

  • После бала (44)

    44. Про ванную ( начало, предыд.глава) «Это – белее лунного света, Удобнее, чем земля обетованная…»…

  • «Это праздник какой-то!»

    Еще раз мои поздравления и аплодисменты! В прошлый раз год назад стоя аплодировал найденному банкстерами способу уйти от ответственности за кризис и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 7 comments