oohoo (oohoo) wrote,
oohoo
oohoo

Categories:

Знак паузы - тире


Политические процессы, особенно высокого уровня, не однажды метафорически сравнивали с симфонической музыкой. В действие вступают то одни, то другие группы инструментов. Кто-то солирует, кто-то создает фоновый рисунок, а кто-то глухо бУхает в дальнем углу, задавая, тем не менее, общий ритм.

Каждый из игроков политической сцены попеременно то активизируется, то переводит дыхание или экономит силы для очередной вариации на тему, держа вынужденные или добровольные паузы. Однако в симфонической партитуре весьма редко встречаются такты, а тем более длительные отрезки, когда паузу берут сразу весь оркестр. Такая пауза унисон становится сильным выразительным средством, отграничивающим разные смысловые части большого симфонического полотна. Внезапно наступившая звенящая тишина заставляет аудиторию мысленно повторить завершающую виньетку предшествующей части и подготовиться к восприятию нового развития основной темы.

Точно такие же многозначные паузы редко, но все же регулярно возникают в политике. И в этом случае к бабке не ходи – можно смело предсказывать довольно крутые повороты по завершении небольшого периода опустошенности и бесформенности.

 

Одним из условий для такой объединяющей паузы, предвещающей столь же синхронное и энергичное участие в новом повороте, является сложившийся хронический баланс сил, не устраивающий ни одну из сторон.

Так, например, после весенней серии выборов народных депутатов союзных республик в 1990 году сложился именно такой неудовлетворяющий никого баланс. Часть республиканских Верховных Советов перекрасились в национал-демократов, часть укрепились в национал-коммунизме, а в ключевых республиках, включая РСФСР, этот же самый обессиливающий баланс разделил элиту примерно пополам.

В выбранном историческом примере одной из главных характеристик был так называемый «палингенез» - явление, описанное великим историком А.Тойнби как возрождение внешних форм, присущих начальным эпохам зарождения той или иной цивилизации или нации. Для восточно-европейских республик такой формой была «народная демократия», для азиатских – «коммунизм с национальной спецификой», для элиты РСФСР и союзной элиты – «советская вертикаль» времен Союзного договора.

Эти архаичные формы несут в себе заряд положительных эмоций, воспоминаний о молодости той или иной системы. При том что надевает на себя эти пронафталиненные одежды времен первой молодости совсем другая система, главной целью и содержанием которой была бюрократическая консервация, удержание от развала под тяжестью новых проблем, требующих совсем иных форм и содержания.

Собственно, многозначительная политическая пауза случается в политике каждый раз, когда исчерпывается стабилизирующее психологическое воздействие такого палингенетического «обновления». И более того, поскольку всякая политическая система мозаична и имеет несколько источников, то завершение стадий палингенеза не может не разводить части системы в разных направлениях, дезавуируя главную ценность политики палингенеза – сохранение единства на основе общей ностальгии.

После достижения точки негативного баланса, когда всем становится ясен тупик и исчерпанность ностальгических политтехнологий, возникает та самая пауза, предваряющая вступление новой, уже не ностальгической, а футуристической темы в развитии политики. При этом, разумеется, первоначально эта волна проявляется в самом центре политической бюрократии, а на нижестоящих уровнях некоторое время продолжается инерция палингенеза. Так, в марте 1990 года после выборов 4 марта и короткой паузы последовало «радикальное обновление» костюма «голого короля». Генсек Горбачев получил из рук партийной бюрократии регалии «всенародного президента». То есть содержательно «футуристическая волна» имела те же самые цели консервации системы под новыми декорациями, что и предыдущая «ностальгическая» волна.

На уровне столичной элиты (что отразили выборы в Моссовет) влияние «футуристической» волны проявилось в ходе выборов председателя в форме негативной реакции – ставленник «футуристов» был отвергнут в пользу «национал-демократов». На уровне республиканской элиты РСФСР также произошло первичное отторжение в пользу «палингенетической» декларации о суверенитете республиканской бюрократии. Только нужно иметь в виду, что в рамках советской идеологии «суверенитет союзной республики» означал именно ностальгическую отсылку к временам Союзного договора.

Теперь, прояснив на конкретном историческом примере общий механизм смены идеологической тенденции в консервационном политическом режиме, можно попытаться применить эту общую схему для анализа и прогноза современной политики.

Характеристику «тандемократии» как политического режима «несуверенной консервации» мы уже давали и даже обосновали.

Нет также никаких сомнений по поводу ностальгической основы идеологических декораций режима в предыдущие два года его существования. Однако разные части элиты, как и положено, развивали и пытались продвигать совсем разные ностальгические темы. Либералы и законники, несмотря на различия содержательных установок, сообща апеллировали к опыту политической и конституционной реформ начала 1990-х. Регионалы и силовики пытались, каждый по-своему, возродить политические формы конца 1980-х – развивать партийную демократию в рамках правящей партии и повышать эффективность борьбы с экстремизмом, реконструируя перестроечный «либеральный КГБ».

Однако, как и в самом начале 1990-х, на старте 2010-х годов (или точнее при завершении «нулевых») ностальгические волны разнесли российскую элиту на позиции, далекие от единства и согласия. Одни неадекватные «идеологи» берут на щит и выносят на нем политический труп «гайдаровской реформы». Их оппоненты из той же самой «партии власти» в пику такому показному «либеральному реваншу» решают попугать либералов не менее показушным «сталинизмом». Вы глядит все это не так смешно, как противно, поскольку все понимают, что и те, и другие озабочены лишь сохранением бюрократического статуса для контроля финансовых потоков.

Внимательный читатель поспешит с вопросом: А не был ли осенний приступ футуристической риторики, инициированный администрацией президента, началом той самой футуристической волны?

Здесь стоит напомнить, что и Горбачев задолго до реформы института главы государства периодически пользовался футуристической риторикой – «новое мышление», «реформа политической системы» и так далее. Однако на деле «обновление» сводилось к хорошо забытому старому, поскольку политическая элита просто боялась выходить за рамки советской идеологии. Соответственно за новое выдавалось возрождение системы Съездов Советов, стран «народной демократии» и так далее.

Точно также футуристическая риторика Медведева практически не влияла до сих пор ни на содержание, на даже на формы, определяющие лицо политического режима. (Масштаб политических процессов Перестроечки ниже, в отличие от Перестройки всей политической системы при Горбачеве).

И вот именно сейчас, после выборов 14 марта в России, и после реализации итогов украинских выборов как главного внешнеполитического события, наступает та самая пауза, из которой наш консервационный политический режим должен выйти с новой, точнее – с инновационной темой, означающей не только и не столько идеологический запрос на технологические инновации, но внедрение политических инноваций.

Собственно, значительная часть информационной борьбы элит между собой была в последние месяцы велась именно за право возглавить «инновационную волну». Была очередная попытка Чубайса единолично возглавить гонку за счет получения очередного политического подряда у Всемирного Банка, выделившего почему-то деньги на изучение инновационного потенциала российской науки и научной диаспоры.

И почему это центральный идеологический институт мировой финансовой элиты вдруг озаботился не только изучением, но и политическим сплочением части научной бюрократии? Может быть все дело в том, что там тоже держат руку на пульсе социологии и точно знают, что только инновационная риторика сегодня заставит российскую интеллигенцию прислушаться к очередным западным рецептам? Ни правозащитная риторика после Гуантанамо, ни пацифистская или «оранжевая» – после войны 080808, ни даже чисто либеральные ценности ЛаВэ после краха ЛеманБразерс – не являются доходчивыми для разъяснения необходимости слушать западные рецепты.

Так или иначе перехват чубайсовских политических заготовок Сурковым тоже о чем-то должен говорить. И еще больше нам говорит массированная кампания всех либеральных СМИ и всей либеральной политтусовки против Грызлова как главного «коррупционера по теме инноваций». Вот бы так же наша пресса отслеживала судьбу реальных и давно оприходованных миллиардов Роснанотеха, как судьбу мифических «триллионов Грызлова-Петрика».

Самое смешное, что обе стороны абсолютно правы в своей риторике. Комиссия РАН по лженауке – это действительно ностальгическая отрыжка сталинизма, бюрократический заслон в борьбе с чужими инновациями. Здесь я могу сослаться на давнюю статью в «Мембране» от 2002 года, которая так и осталась гласом вопиющего в академической пустыне, пока о том же не заговорил Грызлов.

Но и сам Грызлов настолько по-дурацки подставился со своим совместным патентом, что невольно вопрошаешь: А можно ли быть столь наивным великовозрастным вьюношей на столь высоком посту? Однако, чем более нарочито и массировано звучат в унисон порочащие комментарии либеральной прессы всякий раз, когда Грызлов приближается к тому или иному храму науки, тем большие сомнения возникают насчет искренности и спонтанности всей этой явно срежиссированной кампании. Грызлов, конечно, виноват, но граждане судьи… степень наивности подсудимого говорит, скорее, в его пользу.

Итоговый баланс для обеих сторон внутриэлитного противостояния все равно оказывается негативным. На одной чаше весов – Чубайс с его абсолютным рейтингом недоверия, на другой – Петрик. Соответственно, Сурков и Грызлов тоже уравновешены. Каким будет выход из этого негативного баланса? Скоро увидим.

 

 


Tags: РФ, СССР, параллели, перестройка
Subscribe

  • Тысячелетие вокруг Балтики (40)

    40. Самарканд как ордынский Владимир (начало, предыд.) Определимся, куда и как двигаться дальше в нашем квесте? Хорошо бы начать сравнительный…

  • Просвеченная закулиса

    На мировой политической сцене летний антракт – перестановка реквизита туда-сюда, местами идет подновление обветшалых декораций. Сквозь…

  • «В час небывало жаркого заката»

    Не очень интересно комментировать очевидные для себя вещи и события, особенно после ранее сделанных прогнозов. Разве что в былые дни от…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 8 comments